Радио "Стори FM"

Авторские колонки

Сортировать по дате
[] []
  • Дмитрий Воденников: Не бояться падать
    Дмитрий Воденников: Не бояться падать
    Где он теперь? Где летает? Что ему говорит Господь? Есть несколько народных легенд о Гагарине – как уж они там рассказывались, не знаю: под рюмочку, ребенку на сон грядущий, после мультфильма, просто передавали из уст в уста в магазине?
  • Татьяна Хохрина: Дом общей свободы
    Татьяна Хохрина: Дом общей свободы
    Я за городом. Я сижу на террасе и смотрю в окно. Окно в Малаховку...
  • Дмитрий Воденников: Бесстыжий телефон
    Дмитрий Воденников: Бесстыжий телефон
    Читаю однажды на светящемся экране, который умещается в ладонь
  • Татьяна Хохрина: Не линяет только солнечный зайчик
    Татьяна Хохрина: Не линяет только солнечный зайчик
    Его королева не должна подавать жратву подвыпившему хамью. Он горы свернет и вернет ей королевство! Он и сворачивал. Сначала – низкие, в Подмосковье снабженцем на трикотажной фабрике, а потом – высокие, Уральские, когда десять лет валил лес
  • Денис Драгунский: «Как жили люди в старину»
    Денис Драгунский: «Как жили люди в старину»
    Когда мне было лет шестнадцать, я купил в букинистическом магазине потрепанную книжку с таким названием. Она стоила всего рубль…
  • Татьяна Хохрина: Зельев переулок
    Татьяна Хохрина: Зельев переулок
    Сегодня ночью был ужасный ветер. Квартира у нас огромная, окна здоровые, хоть и начали топить снова, но холод собачий, и сплю я плохо.
  • Дмитрий Воденников: МЕРТВЫЕ И ЖИВЫЕ (календарь райских яблок)
    Дмитрий Воденников: МЕРТВЫЕ И ЖИВЫЕ (календарь райских яблок)
    Представляем новый цикл стихов нашего постоянного автора Дмитрия Воденникова. По признанию самого поэта, «писал он о своем», а получилось «как будто про все наши тревожные дни. Странная особенность стихов».
  • Татьяна Хохрина: Аритмия
    Татьяна Хохрина: Аритмия

    Вадим Сергеевич проснулся от холода. Ветром распахнуло чуть приоткрытую форточку, а мороз был такой, что комната мгновенно выстыла и пуховое одеяло не спасало

  • Анатолий Сосновский: О Бессмертии тела
    Анатолий Сосновский: О Бессмертии тела
  • Татьяна Хохрина: На пороге
    Татьяна Хохрина: На пороге
    …Две нелепые старухи, которые так долго жили рядом, что уже почти невозможно было определить, какая из них была доктором наук, почетным членом пяти иностранных академий и вдовой первого помощника Молотова, а какая сумела из деревни чудом, во время голода, девчонкой ещё прорваться в Москву и устроиться поломойкой в тот особенный дом, вход в который приравнивался к райским вратам
  • Дмитрий Воденников: Стеклянные люди
    Дмитрий Воденников: Стеклянные люди
    «Не хрустальный, не разобьешься», – говорили в моем детстве, когда кто-то жаловался, что работа ему не по силам
  • Леонид Бахнов: Дворы моего детства (Часть 4)
    Леонид Бахнов: Дворы моего детства (Часть 4)
    Последняя, четвертая часть повести  Леонида Бахнова о годах своего детства, которые пришлись на шестидесятые, время надежд, несмотря ни на что
  • Денис Драгунский: Ротвейлер, енот и любовь
    Денис Драгунский: Ротвейлер, енот и любовь
    У одной женщины был ротвейлер. Очень умный. Умел лапой открывать холодильник и брать оттуда все что хочет
  • ОСКАР-2024: Достойных много, как никогда
    ОСКАР-2024: Достойных много, как никогда
    Вот уж который раз накануне оскаровской церемонии кратко обозреваю для STORY работы основных претендентов и пытаюсь угадать победителей в наиболее престижных  номинациях
  • Леонид Бахнов: Дворы моего детства (Часть 3)
    Леонид Бахнов: Дворы моего детства (Часть 3)
    Мы продолжаем публиковать прозу Леонида Бахнова – повесть «Дворы моего детства», это уже третья часть (надо же, автор не сбавляет темпа, вызывая, судя о  откликам, постоянный интерес читателей)
  • Дмитрий Воденников: Так неудобно жизнь во мне лежала
    Дмитрий Воденников: Так неудобно жизнь во мне лежала
    «Любовь приходит из книги, любовь сначала написана. Я лишь бесконечно ее переписываю: я бы не знал, кого желать, что делать, не веди меня книга. Я всякий раз сталкиваюсь с книгой, которая придает реальность (язык, историю, волнение) моему желанию».
  • Леонид Бахнов: Дворы моего детства (Часть 2)
    Леонид Бахнов: Дворы моего детства (Часть 2)
    Мы продолжаем публикацию воспоминаний Леонида Бахнова, чей стиль ни с кем не спутаешь: его повесть о детстве будто пронизана духом времени – середины пятидесятых, с их нищетой и неустроенностью, и в то же время особым запахом детства, когда еще открываешь мир, не подозревая, что он далеко не идеален
  • Олег Лекманов: Мандельштам и окрестности
    Олег Лекманов: Мандельштам и окрестности
    Олег Лекманов, известный литературовед, лауреат множества премий, профессор и пр., задумал новую книгу об Осипе Мандельштаме (одна уже есть, и ее не купишь – нет в продаже, пишут в Интернете). Как будто это боевик или бестселлер о шпионах. Интересно. Предлагаем вам главу из задуманной новой книги Олега
  • Татьяна Хохрина: Перелом
    Татьяна Хохрина: Перелом
    Именно сейчас, в этой жалкой и унизительной старости, она вдруг обнаружила, как далеко откатилась ее жизнь от того порога, с которого начиналась. Именно сейчас она вдруг стала вспоминать родителей, бабок, соседей, жизнь в местечке, детские имена, присказки и выражения, ту еду, те праздники, вообще – то измерение, которое она так давно покинула и, имея с сестрами сходную судьбу, никогда и не вспоминала
  • Дмитрий Воденников: Всё притворяется
    Дмитрий Воденников: Всё притворяется
    Магазины детства. Которых нет. Съели их сети. Нынешняя «Орхидея», «Вкусный Билл», «Семерка, туз». А раньше прабабушка, в заметенном уже 197… году, говорила: «сходила в «пьяный»»
  • Татьяна Хохрина: Нитка, бархат, да иголки  –  вот и все дела
    Татьяна Хохрина: Нитка, бархат, да иголки – вот и все дела
    На повороте в сторону Быковского шоссе была дача, чей забор и сегодня вполне мог бы заменить крепостные стены, а тогда еще и был большой редкостью и главным опознавательным знаком
  • Татьяна Хохрина: 50 оттенков рыжего
    Татьяна Хохрина: 50 оттенков рыжего
    На углу нашей улицы жила Люба Беленькая. На самом деле она была или от природы рыжая, или красилась в морковный цвет, но Беленькой ее точно трудно было назвать
  • Леонид Бахнов: Дворы моего детства
    Леонид Бахнов: Дворы моего детства
    Леонид Бахнов, писатель и редактор, долгие годы проработавший в «Дружбе народов», чью публикацию о его отце, Владлене Бахнове, авторе скетчей и изумительном прозаике, вы могли читать в нашем журнале, замечательно пишет не только мемории, но и прозу. Предлагаем вашему вниманию повесть Леонида о его детстве
  • Татьяна Хохрина: По щучьему веленью
    Татьяна Хохрина: По щучьему веленью
    Татьяна Хохрина – по профессии юрист и, говорят, блестящий. Неизвестно, считает ли она себя «настоящим» писателем, но ее читатели – считают. В ее рассказах, написанных с незлобивым юмором, тонко, тепло, в своем роде изящно, чувствуется отношение Татьяны к жизни: горькой и смешной одновременно
  • Анатолий Головков: Два рассказа
    Анатолий Головков: Два рассказа
    Метранпаж Фишер впервые позвал замуж Свету Гуревич еще в Ленинграде. Они как раз шли с «Трех сестер» у Товстоногова
  • Дмитрий Воденников: Когда всё соединено
    Дмитрий Воденников: Когда всё соединено
    Когда вот совсем нет сил, изменился дневной режим, не хожу, не убираю до вечера постель, единственное, что удерживает меня от того, чтобы написать где-нибудь в коллективных сетях «умираю» – это одно стихотворение Анны нашей Ахматовой
  • Памяти Льва Рубинштейна
    Памяти Льва Рубинштейна
    Ушел Лев Семёнович Рубинштейн. Всю эту неделю с момента страшной аварии 8 января мы надеялись. Мы надеялись на чудо,  но чуда не произошло...
  • Ольга Курносова: Цыпки
    Ольга Курносова: Цыпки
    Каждую зиму, пока я училась в младшей школе, меня мучили эти самые цыпки. И избавиться от них было совсем непросто. Это сегодня зашел в магазин, а там всякие разные кремы, выбирай, не хочу. А тогда особо не разбежишься...
  • Лев Рубинштейн: Пересменок
    Лев Рубинштейн: Пересменок
    Первое января – это закладка между старым и новым годами, это указательный палец между страничками книги,  это маленькая, но очень многозначительная пауза, это антракт, это короткое время на раздумье, это пересменок, перекур, смена караула…
  • С Новым годом!
    С Новым годом!
    Вот и наступил Новый год. Для нас важно, что мы можем по-прежнему для вас работать, а вы нас читать