Радио "Стори FM"

Авторские колонки

Сортировать по дате
[] []
  • Анатолий Сосновский: Выучить давние уроки
    Анатолий Сосновский: Выучить давние уроки
    Мы, как нерадивые ученики, часто не обращаем внимания даже на те уроки истории, которые легко доступны, и, задолго до нас, уже были хорошо известны. Эта колонка - сильно запоздавшая, но необходимая рецензия на книгу, которую все еще неплохо было бы прочитать, прежде всего политикам (но они редко находят время для чтения книг), а также многим авторам суждений - часто безапелляционных - о событиях, происходящих сегодня
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 6)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 6)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Лев Рубинштейн: Соловьино-музейные ночи
    Лев Рубинштейн: Соловьино-музейные ночи
    Мне давно хотелось написать про музей. Не про какой-то конкретный музей, а про то, что современная цивилизация - это, в сущности, музейная цивилизация.
  • Ольга Курносова: Эра Маска
    Ольга Курносова: Эра Маска
    В наше непростое время хочется найти в окружающем мире хоть что-то жизнеутверждающее. Для меня это всегда люди, которые идут вперед, пионеры, которые открывают Америку и летят в космос, изобретают колесо и создают космический корабль, пишут книги и придумывают социальные сети
  • Игорь Свинаренко: Минёк
    Игорь Свинаренко: Минёк
    Мы публикуем несколько рассказов, которые вошли в сборник Игоря Свинаренко “Выпимши”. Большое спасибо Игорю за эту возможность, а вам - увлекательного чтения!  
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 5)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 5)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Лев Рубинштейн: Гречневая трагедия
    Лев Рубинштейн: Гречневая трагедия
    Были две каши. Более или менее равно ненавидимые. Они назывались соответственно «белая» и «черная».
    Это были стихийно придуманные мамой эвфемизмы, чтобы не произносить их подлинные имена, вызывающие у меня уже окончательное омерзение
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 4)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 4)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Лев Рубинштейн: Дайте жалобную книгу!
    Лев Рубинштейн: Дайте жалобную книгу!
    «Жаловаться грех!» - привычно говорила наша соседка по коммуналке набожная Ксения Алексеевна в ответ на вопрос, как, мол, дела
  • Дмитрий Воденников: Золотое колечко тьмы
    Дмитрий Воденников: Золотое колечко тьмы
    Телефон, положенный на зарядку на полу, с не выключенным Телеграмом, не дает заснуть. «Бляям», —говорит золотая капелька. Кто-то опять поделился своей мыслью с миром.
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 3)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 3)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Дмитрий Новиков: Шнурки
    Дмитрий Новиков: Шнурки
    Эссе профессора философии Дмитрия Новикова, владеющего, между прочим, пятью языками и читающего лекции о сложнейших вещах: ну, например, о Спинозе. Как он всегда был «Мямликом», которого выгнали из…детсада. Как говорили в незабываемом советском сериале – информация к размышлению. Как работает мышление
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 2)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 2)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Лев Рубинштейн: Теория и практика относительности
    Лев Рубинштейн: Теория и практика относительности
    Про время время от времени приходится думать. Даже тогда, когда тебе кажется, что ты его не замечаешь. Зато оно тебя замечает. Замечает, меняет тебя, то поднимает тебя над землей, то к ней больно и обидно пригибает
  • Ганна Слуцки: Вонючий портфель
    Ганна Слуцки: Вонючий портфель
    Удача - явление скользкое и временное. И ко мне она являлась, когда я ее уже не ждала, готовила веревку и мыло, а желающих выбить табуретку из-под ног всегда  много
  • Дмитрий Воденников: Ваш голос последний
    Дмитрий Воденников: Ваш голос последний
    Жизнь напомнила. Возвращался однажды домой, вхожу в подъезд, а на улице мимо подъездов молодой парень идет, ну совсем мальчик, лет семнадцати
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея  (Часть III. Глава 1)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть III. Глава 1)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Лев Рубинштейн: Доживем до послезавтра?
    Лев Рубинштейн: Доживем до послезавтра?
    В наши дни, в дни, когда для того, чтобы хоть как-то угнаться за временем, приходится спешно, на ходу подвергать ревизии свои базовые представления о законах и правилах той социальной жизни, в которой мы все ощутили себя вдруг не действующими лицами, а слепоглухонемыми зрителями, крепко привязанными к креслам, в эти дни любые разговоры о том, что будет потом, кажутся не только бессмысленными, но и кощунственными
  • Анатолий Сосновский: Утешение словом
    Анатолий Сосновский: Утешение словом
    ОПТИМИСТЪ. Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий «СТОРИ» открывает новую рубрику коротких колонок, чтобы вселить бодрость и поддержать нежные ростки оптимизма в душах  дорогих читателей. Идея принадлежит нашему автору Анатолию Сосновскому - ему и начинать
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 11)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 11)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 10)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 10)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Диляра Тасбулатова: Без родины
    Диляра Тасбулатова: Без родины
    Вспомнила, как я в юности случайно попала в какие-то гости. Почему-то именно эта компания врезалась мне в память
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 9)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 9)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Лев Рубинштейн: Танцевать, разумеется!
    Лев Рубинштейн: Танцевать, разумеется!
    Контекст – великая вещь. Исторический контекст – в том числе. Эти общеизвестные вещи я говорю лишь потому, что ведь надо же с чего-нибудь начать. И надо же хоть как-то объяснить, хотя бы самому себе, почему мне вдруг захотелось именно теперь написать именно об этом
  • Дмитрий Воденников: Ненормальная кукушка
    Дмитрий Воденников: Ненормальная кукушка
    «Несомненно, вся семья Блока и он были не вполне нормальны – я это поняла слишком поздно, только после смерти их всех»
  • Анатолий Головков: Пятьсот третий
    Анатолий Головков: Пятьсот третий
    Предлагаем вашему вниманию рассказ нашего постоянного автора Анатолия Головкова
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 8)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 8)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив
  • Лев Рубинштейн: Кружка
    Лев Рубинштейн: Кружка
    Вы, конечно, замечали, что из нашей памяти всегда норовят ускользнуть различные летучие детали, кажущиеся такими незначительными, особенно на фоне грозных эпических событий
  • Ганна Слуцки: Встань и иди!
    Ганна Слуцки: Встань и иди!
    В те незапамятные времена в телевизоре бессменно царил Кашпировский. Народ не отлипал от экранов и внимал уговорам мага и целителя не ссаться ночами в постель
  • Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 7)
    Григорий Симанович: Клеточник, или Охота на еврея (Часть II. Глава 7)
    За ошибкой в кроссворде потянулись необъяснимые кровавые события. За тихим, незаметным евреем-кроссвордистом идет большая охота. Один за другим, гибнут те, кто как-то с ним связан, но он пока жив