Радио "Стори FM"
Дмитрий Воденников: Сны Пелагия Ивановича

Дмитрий Воденников: Сны Пелагия Ивановича

Наш постоянный автор – писатель и поэт – Дмитрий Воденников предлагает вашему вниманию, дорогие читатели, свои только что родившиеся стихи. Как всякий новорожденный они нежны и хрупки. Тем более, что речь пойдет о снах.

 

***

Пелагий Иванович спит, ему снится, как мучат его ереси, 

животные ереси, похожие на цветы, 

похожие на насекомых (на бабочек) цветочные ереси

с большими латинскими листьями

сиреневой густоты. 

 

Кислица по-русски, а на латинском óxalis. 

Пелагий Иванович дрожит во сне, а с ним дрожит и цветок. 

У кислицы такие большие лиловые лопасти,

как будто в один горшок натолкали 

много-много на толстых иголках 

треугольников-мотыльков. 

 

Смысл жизни – цветочки мелкие:

их только придется извлечь,

а потом опылить. В этом ложном соцветии

шевелится бабочка-речь. 

 

Детство идет, как соседское: неразгаданно.  

Лето стоит сиренево-фиолетово. 

Пелагий проснулся на даче – и, как суслик, в кровати садится,

не понимает: зачем ему снится всё это?

А оно всё снится и снится. 

 

Закуклиться в цветке, себя перевести 

на медленный язык, как заблужденья наши.

…Мама с веранды зовёт: «Пелагий, кушать иди». 

Маленький путник встает, взрослым выходит на свет, 

стариком садится за стол 

и ест серебристую кашу. 

 

***

Приснись мне еще раз, приснись мне еще однажды, 

приснись на прощание:

с пятого на десятое, с четверга на пятое, 

с ангины на пятницу, с пятницы на июнь, 

не подслеповато, не призрачно, не размыто.

Приснись мне как обещание.

 

Приснись мне как ягода – 

спелая, неядовитая, под летним влажным листом.

Пусть она будет из маленьких, пупырчатых отдельных тебя.

Или приснись мне единым летним сердцевидным куском, 

с множеством маленьких позолоченных глазок,

с границей красной и белой мякоти.

В конце концов – можешь присниться мне черной смородиной. 

Только, пожалуйста, не крыжовником. 

 

Приснись мне наплывающим на меня высоким, а сбоку свинцовым небом,

приснись мне московской белокаменной церковью,

приснись мне левитановской деревянной церковкой,

с сиротливо горящим окном в одном из приделов. 

В общем, приснись мне чем-то таким же неумолимым.

Только, пожалуйста, не вечным покоем. 

Приснись мне как дом.

 

А я не буду тебе никем сниться, ничем притворяться, 

ни приснёвываться не буду, не буду никем приснева́ться. 

Ни в вагоне, ни за углом, ни буквами, ни живьем, 

ни мальчиком, ни мужчиной, 

ни стариком, 

ни мотыльком в кулаке. 

Хотя будет, будет тебе иногда казаться, 

как на тебя наступает соседская дикомалина

на родном, но плохо понятном тебе языке. 

 

Это счастье. Уйдем навсегда, как положено, без остатка, 

без всего, в нашу родину, в землю, под сухое просыпанное молоко. 

Мы откроем однажды себя, как книгу или окно, 

но даже в последней редакции кто-то найдет 

сиреневую опечатку. 

 

Приснись мне как глоссолалия. Как всё, что произносили, 

но не осилили. Как одышливый куст мотыльков, 

как посмертный сиреневый вздох. 

Молится батюшка в левом приделе за нас и Россию. 

Приснись мне тогда, когда ягода или бог. 

 

***

Пелагий Иванович спит,

и снятся ему прелести, 

словесные прелести, 

сиреневой густоты – 

густо-латинская бабочка 

вдруг вспархивает и улетает. 

Остается всего лишь две: 

это русское слово и ты. 

 

2-21 мая 2024

Похожие публикации

  • Королевская мысль Римаса Туминаса
    Королевская мысль Римаса Туминаса
    Лев Толстой, в своем роде «оправдание» России, величайший ее представитель, на сей раз напомнил о себе благодаря грандиозной постановке силами литовского режиссера Римаса Туминаса, приуроченной к значимому юбилею, столетию театра Вахтангова
  • Король фальшивок
    Король фальшивок
    Весной 1924 года бостонский Музей изящных искусств совершил самую дорогую в своей истории покупку. В Италии за сто тысяч долларов был приобретен мраморный саркофаг работы неизвестного скульптора XV века. Оказавшийся …подделкой
  • Комета большого города
    Комета большого города
    Прошло уже почти сто пятьдесят лет, но Парижская коммуна остаётся необъяснённой и непонятой. Со всеми остальными революциями разобрались, давно их осудили как разрушение нормального хода эволюции, с Парижской коммуной так легко не получается
naedine.jpg

bovari.jpg
onegin.jpg