Радио "Стори FM"
Татьяна Вайнонен: Импортные сапоги

Татьяна Вайнонен: Импортные сапоги

Дорогие читатели! Публикуем новый рассказ из серии «Ангелы». Иногда помощь приходит к нам чудесным образом, когда и ждать-то ее неоткуда. Кто же нам ее присылает?

Я вышла замуж на втором курсе института. В сущности, еще ребенком… За мальчика. Он был талантлив, свободен, возвышен и жил в общежитии. Сразу после того, как мы решили, что посвятим себя искусству и никогда не станем создавать никакую семью, мы подали заявление в ЗАГС. Это было весело, отважно, и я на курсе была в авангарде, как всегда… Однокурсники-мальчишки на меня обиделись, а девчонки завидовали, потому что мне выдали талоны в «Магазин для новобрачных» на обувь, платье, костюм и кольца. Это было очень круто.

Мы весело жили на две стипендии, ни в чем себе не отказывая. Но вскоре выяснилось, что к беззаботному жениху прилагается еще и живущая в городе Владимире мама, которая приехала на свадьбу заранее, чтобы мальчик не забыл купить цветы (он забыл, мама купила), не забыл почистить ботинки (она и почистила), и не пошел в ЗАГС «не емши». Маме я не понравилась. «Волосы не кудрявые и не черные. Глаза «с лукошко» и «ноздри наружи». А главное - я не работала в швейном ателье, откуда можно было бы приносить в дом обрывки лент, обрезки ткани и мотки резинок…. Все это было правдой. Не черные. С лукошко. Не работала. Не приносила. Ко всему прочему, я еще пропадала в издательствах, рисуя для них «всякую ерунду, за которую ничего не платят», и моталась по театрам, где можно было «только заразу какую-нибудь подцепить». Я, впрочем, ей очень благодарна за помощь. Если бы не она, я бы никогда не закончила институт. Потому что через год родилась моя замечательная дочурка Катюшка. Свекровь приезжала на недельку-другую, чтобы отпустить меня немного поучиться и чтобы подкормить своего «бедного мальчика». Она вставала в 4 утра, начинала греметь тазами и кастрюлями и ставила на плиту огромный чан с ужасно пахнущим варевом из какого-то кабаньего копыта, которое, наполнив тяжелым влажным духом все закоулки, через сутки превращалось во вполне себе вкусный студень. Свекровь возмущало мое неумение готовить и правильно складывать вещи в шкафах. И пол я мыла неправильно, потому что шваброй пользуются только лентяйки! В общем, классика.

taniy.jpg

Однажды случилось чудо. Свекровь решила, что я слишком «бедно» одеваюсь, и подарила мне 300 рублей на сапоги. На ИМПОРТНЫЕ сапоги. Мало того, она их уже отложила на кассе, и мне оставалось только пойти, померять и купить. Я изумленно отправилась за счастьем. Проходя мимо старого полуразвалившегося особняка на задворках ресторана «Пекин», я вытащила из кармана блокнот, чтобы быстренько зарисовать удачную композицию для моего задания в институте «Москва уходящая», и, видимо в этот момент, из кармана выпали деньги, потому что, прибежав в магазин, я их не обнаружила. Я побежала к месту, где могла обронить купюры, но там их, конечно, уже не было. Это был конец. Дальше мне надо было или умереть прямо здесь, на миру, или идти искать какое-нибудь уединенное местечко для смерти. О возвращении домой с повинной не могло быть и речи. Я бездумно побрела «куда глаза глядят». Жизнь начиналась с чистого листа.

Побродив часа полтора, я плюхнулась на длинную лавку в каком-то безлюдном дворе, возле деревянного стола, обитого старым ободранным линолеумом. «Тут и останусь навеки», – подумала я и оглядела двор. Облупившийся забор, расписанный в хлесткой дворовой манере, ржавые сараи, заросшие травой и лопухами, качели с забытым плюшевым медведем, продавленная горка без перил и самодельный турник на огромном тополе. Годится! Тут и встречу свой последний час. Я опустила голову на руки, и тут мой взгляд упал на протоптанный в траве островок сухой земли под лавкой у стола. На нем аккуратно лежали денежные купюры. Я наклонилась. Веером, как будто специально красиво скомпонованные, лежали … 300 рублей. Точно, не мои. Других достоинств. Но 300! Во дворе не было ни души. Только тихо шелестели тополя, поскрипывали старые качели, и откуда-то из окна мерно и неуверенно звучали гаммы. Может быть за этим столом шла жестокая карточная баталия, и на земле красовался потерянный выигрыш? Или кто-то выпил чересчур, и деньги выпали из кармана? Или просто мой Ангел-хранитель разложил для меня тут эти бумажки… Я склоняюсь к последней версии. Поблагодарив судьбу, я собрала купюры, пошла в магазин, купила сапоги и благополучно вернулась домой. Меня поругали за то, что долго «где-то шарахалась», и все. Я не стала рассказывать про свои приключения. Мне бы не поверили. Это был один из первых моих шагов к Богу.

фото: личный архив автора

Похожие публикации

  • Татьяна Вайнонен: Улыбка
    Татьяна Вайнонен: Улыбка
    Улыбку нарисовать очень трудно. Гораздо легче поймать печальное выражение лица. Улыбка Джоконды – большая редкость в живописи. И то, она – задумчивая, погруженная внутрь…
  • Татьяна Вайнонен: Штукатурка
    Татьяна Вайнонен: Штукатурка
    Когда человек регулярно опаздывает в школу? Когда школа находится прямо во дворе его дома, метрах в ста от подъезда. Когда человек просыпается за десять минут до звонка, совершенно не реагируя на стук в дверь, восклицания в коридоре, и резкое сдергивание одеяла под бесчеловечный трезвон будильника?
  • Татьяна Вайнонен: Табор
    Татьяна Вайнонен: Табор
    Во дворе стояла хоккейная коробка. Деревянный такой заборчик, дополненный сверху металлической сеткой - рабицей, порванной и повисшей кое-где ржавыми кудрявыми лохмотьями. Зимой в коробке заливали каток и ставили ворота из кирпичей или бутылочных ящиков, а весной поле ненадолго зарастало одуванчиками и веселой травой. Потом траву вытаптывали, и к июлю коробка превращалась в выжженный солнцем пустырь
PARA.jpg

BRAK_535х535_story (1).jpg