Радио "Стори FM"
Лев Рубинштейн: Теория и практика относительности

Лев Рубинштейн: Теория и практика относительности

Про время время от времени приходится думать. Даже тогда, когда тебе кажется, что ты его не замечаешь. Зато оно тебя замечает. Замечает, меняет тебя, то поднимает тебя над землей, то к ней больно и обидно пригибает.

Мы про него ничего толком не знаем, хотя и всю жизнь занимаемся тем, что ловим его за хвост. Иногда, и даже чаще всего - ловим чужими руками, читая и перечитывая, например, Пруста или вспоминая платоновское определение времени как «подвижного образа вечности», или вспоминая уже не Платона, а Андрея Платонова, чья фраза «прошел год, потом сразу два» всегда казалась мне одним из самых емких, точных и удивительных из всего, что мне приходилось читать или слышать о времени.

Эйнштейн доказал, что время является физической, а стало быть вполне объективной категорией. Но это пусть останется на его совести. Мы-то знаем, что наше восприятие времени исключительно субъективно, что, кстати, отражено в языке, точнее в идиоматике. Мы знаем, что «время промчалось», что «время тянулось ужасно медленно». А язык, как и Бог, не фраер, он за базар отвечает.

Все знают, что красный свет светофора горит несоизмеримо дольше, чем зеленый, хотя, если верить часам, и тот, и другой светят одинаковое количество секунд.

Если верить часам, школьный урок длится сорок пять минут. Но мы-то знаем, что он длится часа два, не меньше. Приключенческое кино, если опять же верить часам, длится полтора часа. Ну, конечно!

Часы, так же, как и календари, имеют целью как-то обуздывать своевольный полет нашего субъективного восприятия времени. Примерно так же, как толковые словари пытаются хоть как-то удерживать значения слов хоть в какой-то узде.

Но и листки календарей отрываются иногда то чаще, то реже. Но и стрелки часов иногда замедляют или убыстряют свое, казалось бы, объективное вращение.

Вот удобно же, казалось бы, что на автобусно- трамвайных остановках установили такие электронные табло, которые сообщают нам о том, сколько нам тут стоять и ждать.

Ну, не столько это удобно и хорошо в вульгарно практическом смысле, который в силу специфических традиций отечественной духовности всегда как-то куда-то ускользает, сколько это хорошо и удобно в смысле умозрительном, можно даже сказать – философском.

Я вот, например, на днях подошел к остановке нужного мне автобуса на Цветном бульваре. Подошел, посмотрел на табло. О, как хорошо! Через шесть минут придет. Отлично! Как раз успею бегло поразмышлять о чем-нибудь условно возвышенном. Ну, или слегка помечтать о славе и богатстве.

Покуда я принялся примериваться к темам для вольных размышлений, на табло возникли пять минут.

«Время неостановимо», - самодовольно подумал я. И зря, как выяснилось, я так подумал. Потому что на пяти минутах время, забыв о своем предназначении куда-то двигаться, топталось минут девять. После чего все-таки возникли четыре минуты. Видимо наверстывая что-то упущенное, три минуты появились секунд через пятнадцать.

Три проскочили как-то незаметно – видимо я отвлекся на праздные мысли. На двух же минутах время глубоко задумалось и остановилось минут на двенадцать.

Тут бы мне плюнуть и нырнуть в метро – благо оно рядом. Но природное любопытство, а также давний мой интерес к метафизическим аспектам категории времени заставили меня продолжать эксперимент.

«Напрасно, напрасно я думал о минутах свысока», - думал я, пялясь на впавшие в глубокую каталепсию две минуты.

Потом все же появилась одна минута. После нее практически немедленно возник ноль, из чего по идее логично было бы заключить, что я уже сел в автобус.

Так бы оно и было, когда бы роковой этот ноль не рухнул в дурную бесконечность.

Ноль, видимо, так и остался в этой безнадежной бесконечности (она же бесконечная безнадежность), потому что вместо него на табло вопреки всякой логике возникли внезапно четырнадцать минут, а в готовом уже ко всему сознании прошелестела мало что объясняющая в этой ситуации мелодия старой космонавтской песенки про то, что «у нас еще в запасе…» и так далее.

Запас из четырнадцати минут исчерпался практически мгновенно, потому что тут же и подошел автобус.

Это, как сейчас принято говорить и писать в социальных сетях, всё, что нужно знать о времени. Хотя, конечно, какое там все!

Похожие публикации

  • Лев Рубинштейн: О магии чисел
    Лев Рубинштейн: О магии чисел
    Магия чисел – это, конечно, вздор. Просто так уж как-то сложилось, что всякие календарные даты, когда мы на них вдруг натыкаемся, рефлекторно включают механизмы памяти. А если уж случаются еще и различные «странные сближенья», то и подавно
  • Лев Рубинштейн: О богатстве и бедности
    Лев Рубинштейн: О богатстве и бедности
    «Мне хорошо – я сирота». Так начинается повесть Шолом-Алейхема «Мальчик Мотл»
  • Лев Рубинштейн: Мой диктант
    Лев Рубинштейн: Мой диктант
    В последнее время под влиянием всем известных событий и обстоятельств в информационном и дискуссионном пространстве необычайно участились употребления таких слов, как «диктатура», «диктатор»
muj.jpg

psh.jpg
seans.jpg

slux.jpg