Радио "Стори FM"
Ганна Слуцки: Жалею, зову и плачу

Ганна Слуцки: Жалею, зову и плачу

Один редактор как-то сказал сценаристу:

- Что за странные стихи у вас в сценарии читает герой? Что это за неверие ни во что? Почему «не жалею, не зову, не плачу»…? Чем занимается ваш герой? Исправьте немедленно! Пусть он читает так: «Жалею, зову, плачу!»

Наше поколение вышло из советского кино. Хорошее оно было или дурное, значения уже не имеет, как не имело значение дрянное качество сукна гоголевской «шинели», из которой мы тоже, сами понимаете, вышли (и все никак обратно не зайдем). Это, товарищи, наша жизнь, родина и судьба.

Красив или уродлив был пейзаж за окном дома нашего детства? Мудрой или безмерно глупой была ваша первая учительница? Да какое это имеет значение, когда мы уже такие какие есть.

…И вот там, где дым отечества нам сладок и приятен, на этих необозримых просторах, где мы родились, кинематограф играл огромную роль, в формировании, можно сказать, нашей личности. Миллионы людей почти все свои моральные принципы черпали из кино.

И вот тут я настаиваю, что советское кино было высоконравственным. Никогда ни в одном фильме никто не призывал к безжалостности, к подлости, к растлению. Агитки, в которых симпатяги-чекисты уничтожали «врагов народа» смахивали на нынешние компьютерные боевики, только расправа с врагом была все же мотивированной, а не «пиф-паф» и мозги по стене. Да и фильмы эти в памяти не застревали.

Зато мальчишка в «Судьбе человека», пронзительно крикнув «Папка! Ты нашел меня!» навсегда романтизировал образ той страшной, противоречивой войны.

Кино, единственное из искусств, оперирует реальностью. Прозаик или поэт могут гениально описать ветку, сломанную сильным ливнем, и каждый читающий представит себе свою ветку и ливень из своей личной жизни. В кино под реальными потоками воды ломается ветка реальная, не оставляя зрителю ни малейшего шанса на свободу фантазии. Перед экраном умники на час превращаются в идиотов, праведники в – грешников.

И защититься от этого диктата невозможно, разве что бежать из зала.

Но…Понимание истинной мощи воздействия кинематографа на людей пришло ко мне не сразу. Через пару лет после окончания ВГИКа мне предложили выгодную халтуру - ездить от Бюро кинопропаганды по стране, показывать новые фильмы и выступать после сеанса. Платили за это прилично, да и работа не такая уж смертельно тяжелая. Творческие группы сколачивали сами, выбирали в партнеры друзей или собутыльников.

Некоторые команды накрепко «споенных» актеров, режиссеров и сценаристов часто терялись на бескрайних просторах СССР, и разыскивать их отправлялись менее пьющие. Находили бедолаг в самых невероятных местах и самых что ни на есть непотребных ситуациях.

Дабы избавиться от подобных проблем мы, бывшие студенты, собрали группу из более-менее популярных и при этом трезвых артистов, расписались за копию нового фильма и поехали в глушь.

Раздолбанный автобус возил нас по райцентрам, деревням, рабочим поселкам. Фильм нам всучили самый что ни есть средний. Возможно, кто-то помнит этот шедевр, а кто-то видел его совсем недавно на канале «Наше кино».

Для тех же, кого миновала чаша сия, не откажу себе в удовольствии пересказать сюжет. Итак, некая хорошая девушка полюбила хорошего парня. Но парень встретил на танцах плохую девушку (всех циничных и расчетливых девиц в советском кино звали либо Марта, либо Ева, эту как раз Марта).

Парень решил на этой Марте жениться. Свадьбу порядком изгадила хорошая девушка, которая на своем грузовике (она работала шофером) проехала мимо новобрачных и обдала их с ног до головы грязью. Однако они отмылись и зажили семьей.

Марта любила деньги и заставляла мужа пилить и валить деревья круглые сутки, а сама дома радостно складывала стольники в тумбочку.

А жадность, как известно, мать всех пороков и причина всяческих несчастий. Хороший парень от усталости не туда повалил очередную сосну, и был ею придавлен. Ноги его отнялись, и врачи не сказали ничего обнадеживающего. Ясное дело, что плохая Марта с парализованным мужем жить не захотела и сбежала. Бедняга совсем загрустил и скис.

Но тут на своем грузовике примчалась хорошая девушка и начала яростно ухаживать за любимым человеком. Она заставляла его лежа сколачивать табуретки, и он вскоре поверил в себя. Потом один хороший милиционер подарил герою инвалидную коляску. В аннотации к фильму было написано (цитирую дословно): «Героиня своей любовью разработала герою нужные группы мышц».

Но не буду вас томить, вот вам финальная сцена: хорошая героиня везет героя на инвалидном кресле к реке. И ей вдруг становится плохо. Герой вспоминает про вчерашние грибочки, но героиня заявляет, что тошнит ее не от грибов, а от того, что она ждет их общего ребенка. И тут герой от прилива чувств поднимается и идет (!). А плохая Марта лопается от зависти, подсматривая за этой идиллией из-за кустов.

Конец.

…Посмотрев фильм, мы опечалились. Какая к черту дискуссия после такого, вместо дискуссии могут ведь и поколотить. Но от грядущего заработка (вслед за плохой Мартой) мы все же не отказались и приехали в первый пункт поездки, в рабочий поселок городского типа.

Народу в клуб набилось очень много.

Мы договорились, что как только фильм кончится, мы все выйдем на сцену и начнем рассказывать всякие байки, чтобы зрители побыстрее забыли этот кошмар. Сказано – сделано. Едва в зале зажегся свет, мы вышли и уселись за заранее приготовленный стол с микрофоном.

И тут я увидела, что почти у всех людей, сидящих в зале, глаза на мокром месте.

Известный актер для затравки рассказал смешной и вполне приличный анекдот. Зал глухо молчал.

Тогда молодой режиссер принялся делиться своими впечатлениями от недавней поездки на зарубежный кинофестиваль.

Опять никакой реакции.

Я спросила у зала, есть ли у вас вопросы, и тут немолодая женщина, всхлипнув, спросила:

- А ребеночек у них нормальный родился? Все ж таки от больного отца.

Зал замер в ожидании ответа. Актер, к нашему удивлению, поднялся из-за стола и практически отрапортовал:

- Ребенок родился здоровым и развивается отлично!

В зале послышался вздох облегчения. Какая-то молодая девушка подняла руку и негромко спросила:

- А где он работать-то станет? Деревья валить ему, наверно, уже нельзя? Или они на ее зарплату жить будут? Тогда мне интересно, сколько женщина-шофер на грузовике получает?

На этот вопрос взялся отвечать мой однокурсник-сценарист:

- Герой ни за что не позволит себе жить за счет женщины. Он пойдет на курсы столяров и поступит на мебельную фабрику. А она посидит дома с ребенком.

Кто-то из зала уточнил - пойдет или уже пошел? - мы замялись, а актер, подумав, сказал, скорее нам, чем залу:

- Уже устроился. Ребенок-то уже родился и, значит, он уже устроился. Все логично.

Мне показалось, что и в зале, и на сцене у всех началось легкое помешательство. Я робко произнесла, обращаясь к зрителям:

- Это же фильм…Вымысел…

Не дослушав моей робких возражений, один не очень трезвый мужчина в ватнике, но зато почему-то в фетровой шляпе, привстал:

- Мне непонятно, чего все гуртом ополчились против Марты? Она молодая, красивая, ей мужик каждую ночь был нужен, а муж слег. Куда ей было деваться? Налево шастать? Марта честно поступила и ушла от инвалида. А вот почему он, без расписки шоферке ребенка заделал?

Зал заволновался, зашумел. Вскочила бойкая бабенка и закричала:

- Как он вообще изловчился ее чпокнуть?! Ну как?! Боком, что ли? Если у него ноги были как тряпки?! Один ответ, эта нахалка сама на него влезла!

Зал принялся стыдить ее за непристойные речи, но она отбивалась:

- Мне не ясно! Надо было все как следует в фильме показать, чтобы вопросы ненужные не возникали. Вот я приду домой и буду гадать, а мне рано на работу и мужика у меня нет.

…В общем, зрители разделились на группы - одни утверждали, что герой сделал ребенка героине боком, другие, что обычным способом, только под спину подушку подложил, а третьи кричали, что стыдно такое обсуждать в клубе прилюдно.

Среди общего шума послышался голосок милой девушки - скорее всего учительницы или библиотекарши:

- Мне бы хотелось сказать несколько слов о фильме. Фильм очень нужный и полезный. Многие парни бросают честных и добрых девушек ради таких пустышек как Марта, а потом сами же и страдают. Пусть мужчины увидят на этом печальном примере, на какое предательство способны такие, как Марта. Мне страшно за Марту, как она с таким жестоким сердцем дальше жить будет.

Тот, который поддерживал Марту, снова подал голос:

- Можно мне ее адрес, в смысле адрес Марты? Я с ней переписываться хочу.

Зал взвыл от негодования, и любителя Марты чуть не вынесли из зала.

Ночью мы на автобусе ехали в другой поселок, после обсуждения нас сытно накормили, и трое из нашей группы крепко спали. Бодрствовали же я, актер и мой однокурсник.

Актер, задумчиво глядя в черную ночь за окном, произнес меланхолично:

- Эх, какой у нас прекрасный зритель…Какие же мы сволочи, что для таких чистых людей фуфло снимаем…

А мой однокурсник невесело улыбнулся:

- И никому не пришло в голову, что она не от инвалида забеременела, а от милиционера. Вот ведь правда - святые люди.

фото: кадр из фильма "Не могу сказать "прощай"; kinopoisk.ru

Похожие публикации

  • Ганна Слуцки: Продается гроб 46 размера
    Ганна Слуцки: Продается гроб 46 размера
    …Группа одного фильма выехала в экспедицию в Ялту. Лето, солнце, жара, все вокруг загорают и ныряют, а киношники работают как проклятые. Да еще режиссер попался с фантазией, новые идеи что ни день рождались в его хронически нетрезвой голове
  • Ганна Слуцки: Внебрачная дочь Татьяны Лиозновой
    Ганна Слуцки: Внебрачная дочь Татьяны Лиозновой
    Татьяна Лиознова всю жизнь подвергалась прессингу - советская цензура давила нещадно, и не только на нее. Но она смогла преодолеть все препятствия, оставшись в выигрыше. Мы публикуем рассказ Ганны Слуцки, в юности ставшей свидетельницей интересного эпизода, связанного с Лиозновой
  • Ганна Слуцки: Тахикардия
    Ганна Слуцки: Тахикардия
    Сегодня в моей жизни ничто не зависит от Госкино, но всякий раз, когда я прохожу мимо этой арки, начинается сердцебиение, по-научному тахикардия. Видимо, мой организм независимо от меня реагирует на прошлый страх
PARA.jpg

BRAK_535х535_story (1).jpg