Радио "Стори FM"
И юность ушедшая все же бессмертна

И юность ушедшая все же бессмертна

Александр Васильев – о том, как мода может стать бомбой замедленного действия и привести к развалу целой страны

– Моя молодость пришлась на 70-е, эпоху хиппи. Вся модная молодёжь тех лет делилась на три группы. Модников, одевавшихся в одежду домашнего изготовления, так называемый самопал, называли урлой (от фр. hurler – орать) или урлаками. Носивших фирменные вещи – попсой или попсарями. Третью, самую экстремальную группу длинноволосой молодежи называли хиппарями.

Иногда «канать под хиппи» могли представители первых двух групп модников. Тысячи урлаков носили коричневые, лиловые и чёрные брюки клёш, подшитые сломанными металлическими молниями, украшали клёш клиньями из цветной ткани, цепочками и бубенцами. Из обуви урла и попса носили ботинки на платформе с потёртым «мраморным» рисунком, на высоком каблуке. Хиппари предпочитали выношенные и раскрашенные кеды, сабо и индийские сандалии.

Благодаря тому, что мой папа был выездным, я ещё в школе имел возможность носить импортные вещи. Как-то я поймал себя на мысли, что на мне нет ни одной советской вещи. Конечно, я очень выделялся. Меня даже часто принимали за иностранца, особенно в музеях. Когда я заглядывал в окошечко кассы Третьяковской галереи или Музея изобразительных искусств им. Пушкина, кассирша обязательно уточняла: «Билет для иностранца?» – «С чего вы взяли?» – «Не прикидывайтесь. Для иностранца, значит, для иностранца! Он дороже!» Я носил брюки-банан из бордового вельвета и очень стильный свитер из американского трикотажа. Тогда это считалось невероятно модно, я славился своим гардеробом!

При этом, надо заметить, я сам неплохо строчил на швейной машинке и запросто мог сам себе сшить батник со шнуровкой на шторные колечки или брюки из полосатого тика, приобретённого в магазине «Русский лён». Я даже джинсы себе шил собственными руками. Конечно, мои произведения имели весьма примитивный вид, тогда даже эта доморощенность считалась ультрамодной.

Лидером хиппи в Москве был Юра Бураков по кличке Солнце, а группировавшиеся вокруг него длинноволосые юноши называли себя «солнечной системой». Модным местом встречи хиппарей было кафе «Аромат» на Суворовском бульваре, в народе – «Вавилон», и скверик перед старым зданием МГУ на Манежной площади, так называемый психодром. Другим модным местом встречи был прозванный «трубой» длинный подземный переход, тянущийся от улицы Горького, сейчас Тверской, почти до самой Красной площади. От «трубы» начиналась та часть улицы Горького, которую по аналогии с самой длинной улицей Нью-Йорка именовали не иначе как Бродвеем. Такое название было продиктовано расположением – самый центр, до Кремля подать рукой. К тому же напротив находился «Интурист», где промышляли валютчики, фарцовщики и ночные бабочки. Последних я лицезрел собственными глазами, когда вместе со своими французскими приятелями впервые попал в кафе «Интуриста». Это были молодые женщины лет тридцати – тридцати пяти, одетые, надо заметить, очень респектабельно. Они не позволяли себе оголяться и отличались друг от друга по цвету одежды: одна была полностью в красном, другая в жёлтом, третья в зелёном… Но наибольшее впечатление произвела на меня очень вульгарная труженица любовного фронта, с ног до головы облачённая во всё белое: брюки клёш, блузка, широкополая шляпа… Спустившись по лестнице в кафе, она замерла на нижних ступеньках, подбоченилась, расставила широко ноги и громко сказала: «На …, на … и не ахай!»

Очень модными в 70-е годы были матроски, тельняшки, галифе, белые офицерские шарфики, солдатские ремни из «Военторга», расположенного в Москве на проспекте Калинина, нынешней Воздвиженке. Это было место паломничества для многих столичных модников. Однако без предъявления воинского удостоверения приобрести что-либо в «Военторге» не представлялось возможным. И всё-таки я нашёл выход из положения. Когда возникало желание приобрести очередную матроску и тельняшку, я отправлялся в «Военторг» в компании двух-трёх подруг. Подруги перемигивались с солдатиками и, когда устанавливался визуальный контакт, упрашивали их купить необходимую вещицу. В комиссионных магазинах на Тишинке можно было недорого купить чёрные кожаные пальто офицеров СС и немецкой армии, которые, за неимением лучшего, особенно ценились среди богемных советских модников. Там же продавались вышитые косоворотки из чесучи, очень модные в моём окружении.

фото: личный архив А. Васильева; VOSTOCK PHOTO

Прочитать материал полностью можно в номере Декабрь 2018

Похожие публикации

  • Принудительное обаяние Олега Янковского
    Принудительное обаяние Олега Янковского
    Режиссер Сергей Соловьёв на протяжении долгих лет очень близко общался с Олегом Янковским и Александром Абдуловым. Но стоит заикнуться «Дружили?..» - как у него каменеет лицо: «Такого ничего не было. Но… было ужасно надежное ощущение того, что Олег – свой. Это даже дороже, чем друг. Понятие друг хранит этакий пафосный задор: как, обидели моего друга?! Это невозможно представить в наших отношениях. Просто были свои»
  • Непоколебимая Шотландия
    Непоколебимая Шотландия
    Андрей Макаревич – о родине велосипеда, телефона, банкомата и Гарри Поттера
  • Поколение непробиваемых
    Поколение непробиваемых
    В каждой семье есть свои правила жизни, фамильные способы выживания. А какие в клане Ширвиндтов передаются из поколения в поколение? Версия Михаила Александровича Ширвиндта
Netrebko.jpg

redmond.gif


livelib.png