Радио "Стори FM"
Маленький и простой

Маленький и простой

Автор: Инна Садовская

Дэн Сяопин, лидер китайской нации, в XX веке принёсший нищей стране славу и могущество, был неприхотлив в быту, но любил хорошо покушать и пропустить рюмочку перед обедом

В деревне Пайфан провинции Сычуань, «Небесной сокровищнице», было как хорошо, а в усадьбе, где жил маленький Дэн, – ещё лучше. За окнами зеленел бамбук, банановые пальмы, заглядывая в пруд с лилиями и лотосами, распахивали широченные объятия, по двору вразвалку ходили гуси. На стол их не подавали и держали за сторожевых собак. Гуси грозно гоготали и шипели, храбро бросаясь щипать чужаков. Матушка у Дэна, знатная кулинарка, день-деньской крутилась на кухне. Готовить было из чего: папа, человек уважаемый, чиновник, держал свиней и буйволов, продавал бамбук и шелкопрядов, семья не нуждалась, даже батраков нанимала. Малолетний Дэн пока социального неравенства не замечал и с удовольствием ел матушкиного жёлтого горбыля, «князя всех морских рыб», с сочным, белоснежным сычуаньским рисом, маринованные ростки бамбука, колбаски с лоснящимися боками, бобы и копчёную утку, маринованную в чае. Особенно удавалась матушке сычуань паоцай – капуста с сычуаньским перцем, сахаром, крахмалом, рисовым уксусом и светлым соевым соусом. Капусту Дэн любил всей душой и, будучи уже у руля Поднебесной, всегда заказывал её своему повару Яну. Ян проработал у него три десятка лет и знал, как угодить лидеру нации.

Вопросом, что далеко не все так хорошо питаются, как его семья, юный Дэн задался, увидев кули – водоносов. Кули таскали коромысла и жили в норах. Мир, где Дэн, долгожданный первенец, купался в любви и заботе, рухнул. Он стащил у отца деньги и отдал их однокласснику, которому не на что было купить еду. Отец взбеленился, но его низкорослый, толстенький сын, плача, сразу признал вину и притащил прут. Как известно, повинную голову меч не сечёт. Потом Дэн Сяопин часто проделывал этот трюк – чуть лопухнётся, проводя политику компартии, так сразу же принимается за жёсткую самокритику и пишет Мао Цзэдуну покаянные письма. Может быть, потому и выжил в те годы, когда подозрительный Мао пошёл вразнос, выжигая калёным железом всех подряд, и друзей, и недругов.

 

Призрак бродит по Европе – призрак коммунизма

Папа расстарался, и Дэн от китайско-французского общества собрался на учёбу во Францию. Матушка плакала и не отпускала к «заморским волосатым дьяволам». Дэну пришлось даже объявить голодовку, наотрез отказавшись даже от любимой капусты.

Европа его поразила в самое сердце. Хотелось, чтобы и Китай не замыкался в своих границах, стёр пыль древности и взялся за индустриализацию. В коллеже кормили отвратительно, и, пока были деньги, Дэн повадился ходить в маленькие французские ресторанчики. Там он навсегда пристрастился к кофе и нежно полюбил круассаны. Когда через много лет Дэна, одного из вождей компартии, отправили в составе китайской делегации на заседание ООН, он завернул в Париж, побродил по улочкам, стряхнул скупую мужскую слезу и обратился к послу с просьбой купить выпечку, чтобы угостить пекинских соратников. Валюты у него было немного, и посольство подарило ему две сотни круассанов.

Молодой Дэн, толком не доучившись, остался во Франции, вместе с земляками клял ужасы капитализма, сидел на хлебе и воде, узнавал ремесло сталевара и слесаря, бегал официантом и вовсю орудовал сковородкой. А всё потому, что в китайском общежитии сначала грустили без привычной кухни, а потом стали выбирать поваров и те жарили свинину, мариновали редьку и варили рис. Идеи коммунизма порхали по общежитию вместе с запахами куриного супа, и Дэн впитывал их, как губка.

Не успели земляки оглянуться, как энергичный студент, мечтающий, чтобы Китай шёл вперёд, уже продвинулся в вожди китайских коммунистов в Европе. А потом радостно отправился шлифовать коммунистическую нарезку в Москву. Это был 1926 год, в СССР процветал нэп, и новые магазины выскакивали, как маслята после дождя. Китайских товарищей обучали премудростям коммунистической пропаганды и кормили борщами с пирогами. Дэну еда казалась безвкусной, но оголодавшие однокурсники с восторгом вспоминали, что на завтрак им давали яйца, хлеб с маслом, молоко, колбасу и икру. Советские товарищи понимали необходимость мировой коммунистической революции и даже пригласили китайского повара, чтобы гости не бурчали животами от непривычной пищи.

 

Перец и реформы

Из товарища Дозорова, как звали Дэна в Москве, получился активный партиец, который преуспел в понимании задач партии и был наиболее пригоден к пропагандистской и организационной работе. В Китае этот полутораметровый, скромный, но преданный делу партии коммунист обратил на себя внимание Мао, которому едва доставал до плеча. Дэн признавал Мао бессменным лидером компартии, тоже был парнем из богом забытых мест, неприхотливым в быту и заводилой в компании.

Кроме взглядов на линию партии они оказались близки во вкусах: оба любили нюжоу паомо – густой и острый суп из говядины и рисовой лапши – и горстями ели перец, не морщась. Дэн был с детства приучен к крайне острой пище: если поставить перед сычуаньцем чашку перца и он съест её не дрогнув лицом, то всё в порядке, свой. Если же начнёт обливаться потом, хватать ртом воздух, а руками горло – это поддельный сычуанец.

Приедет, например, Дэн Сяопин, что означало «маленький и простой» (имя он себе взял, чтобы не особенно выделяться) в провинцию с инспекцией от компартии, а его за стол и давай угощать свининой. Нет, скажет, что-то перца маловато. Ему горку свежих ядрёных перчиков, а он откусывает как ни в чём не бывало, будто бананы, пока всю горку не съест.

Жена его, Чжо Линь, готовила из рук вон плохо, и Дэн Сяопин часто сам вставал к плите. Бывало, налепит пельменей, соберёт семью за столом, и все сыты. «Вести себя надо скромно, а жить – просто», – говорил и детям, и соратникам. В засушливый голодный год он, как и многие партийные вожди, вместе с семейством сажал огород, ездил за город собирать дикие травы и заваривал чай из древесных листьев.

den.jpg

После смерти Мао Дэн Сяопин взял власть в свои руки. Роскошью он не баловался, жил скромно, без излишеств и первым делом выдвинул лозунг четырёх модернизаций: реформы в сфере сельского хозяйства, промышленности, науки и вооружённых силах. Китай должен был совершить прорыв в будущее и стать открытым для мира. Надо, говорит, присматриваться к опыту других, но не копировать его слепо, а внедрять с учётом особенностей Китая. И давай внедрять и реформировать, да так, что огромная страна с громадным населением стряхнула паутину веков и двинулась вперёд, превращаясь в могучее государство с мощнейшей экономикой. Накормить, одеть и обучить миллиард человек – это не свиные рёбрышки на сковородку кинуть. Тут без железной дисциплины никак. Тем, кто вышел было на демонстрации под лозунгами демократии, он сказал: «Если народ будет проводить демонстрации триста шестьдесят пять дней в году и больше ничего не делать, то реформы и открытость придут в никуда». А тех, кто не услышал и не понял, раскатал танками.

Когда Дэн Сяопин ушёл на покой, его большая семья по-прежнему собиралась за круглым столом и глава семьи, уже перейдя девяностолетний рубеж, с удовольствием вставал к плите. Привычки свои он не поменял: всё так же продолжал налегать на жирную жареную грудинку и острый перец. Не растерял он и экономности с прагматичностью, жил просто и никому не позволял выкидывать остатки еды.

«Тот, кто выкидывает остатки, – дурак. Их же можно потушить и съесть на следующий день» 




 Рецепт


Свинину по-сычуаньски лидер Поднебесной готовил мастерски и спорил вовсю, когда ему пытались доказать, что гораздо вкуснее свинина по-хайнаньски, которую любил Мао Цзэдун. Если есть желание приобщиться к кухне китайского реформатора, следует нарезать мясо тонкими пластинками и приготовить маринад из крахмала, яичного белка, соевого соуса и красного вина. Оставить мясо в покое, и, пока оно нежится в маринаде, мелко порезать имбирь и зелёный лук, подавить и так же мелко порезать чеснок и добавить в смесь сычуаньского перца. Чили тоже надо кинуть в смесь, он даст остроту, а сычуаньский перец эту остроту радостно поддержит покалыванием языка и лёгким онемением во рту. Получится «немеющая специя» – мала. Потом порезать пекинскую капусту, кинуть её в раскалённое масло и быстро обжарить, потряхивая сковородку. 

Важно обжарить капусту не в хлам, а так, чтобы она осталась хрустящей. Капусту вывалить в миску, а на сковороде опять раскалить масло, обжарить крупные пластинки имбиря, зубчики чеснока, добавить соли, кисло-сладкого сычуаньского соуса, стручки перца и воду. Как только на сковородке весело забулькает, вытащить и выкинуть пластинки имбиря, положить в булькающий соус мясо и поварить его несколько минут. В чашку выложить капусту, добавить мясо с соусом из сковороды и посыпать рубленой смесью чеснока, лука и имбиря. Есть с аппетитом, обдумывая реформы, которые не помешают отдельно взятой семье.

фото: GETTY IMAGES RUSSIA

Похожие публикации

  • Чревоугодник
    Чревоугодник

    Джозеф Редьярд Киплинг, писатель и поэт, говорил: «Я не англичанин; я – житель колоний». На одном месте ему никак не сиделось, и, разъезжая по свету, он отдавал дань местной кухне, даже если потом мучился животом

  • Сытая улыбка
    Сытая улыбка
    Бокасса его звали – Жан-Бедель Бокасса. Был он сам себе Наполеон, и страшный сон одной первобытной африканской страны, в которой он взял трон. В короткие сроки этот решительный мужчина распотрошил собственную родину, намазав её на бутерброд не в переносном, а в прямом смысле. Как ему это удалось?
  • Пирожки для Льва
    Пирожки для Льва
    Софья Андреевна Толстая, дочь придворного врача Берса, воспитанная в аристократических традициях, хоть в своей юности и спала на «пыльных продавленных диванах», но убеждения о том, «как должно быть в графском доме», имела тверже алмаза и до конца жизни следовала им несмотря ни на что
Netrebko.jpg

redmond.gif


livelib.png