Радио "Стори FM"
Календарь: Любовь Соколова

Календарь: Любовь Соколова

Автор: Диляра Тасбулатова

31 июля Любови Соколовой, «всесоюзной маме», сыгравшей в кино десятки матерей, исполнилось бы сто лет.

Соколова именно что народная артистка, в самом что ни на есть исконном значении этого слова: родители ее – обычные крестьяне, да и сама она всегда играла так называемую простую русскую женщину, типаж, обобщенный почти до символа.

Недаром она на слуху и на виду: в наших пенатах Соколова узнаваема не меньше, чем, скажем, Мэрилин Монро в целом мире. Настолько, что штамп о «национальном достоянии» применим к ней как к никому другому, а ее фильмография насчитывает почти… 400 фильмов (!). Рекорд, не снившийся даже Джигарханяну, снимавшемуся полвека подряд почти каждый год. Видимо, ее послужной список – это все же Книга рекордов, цифра-то астрономическая.

Другой вопрос, что снималась она преимущественно в эпизодах – и хотя актеры-эпизодники утешают себя, что, мол, роль берут на вес, а не на время (пребывания на экране), это, конечно, всего лишь аутотренинг, самоутешение.

Большие роли Соколовой не доставались (ну, по крайней мере в выдающихся фильмах) – и виной тому, видимо, ее простецкая внешность: героиня должна быть смазливой, изящной, мечтательной, соблазнительной и пр. Почему – загадка, героини могут быть вообще-то разными, хотя в кино почему-то срабатывает этот эстетический штамп, сломавший немало судеб: к актерам-мужчинам, между прочим, требования к внешности снижены, играть-то нужно и алкоголиков, и бандитов, и соседа в трениках, и много кого еще.

Феномен Соколовой состоит в том, что ее роли были и похожи друг на друга, и в то же время запоминались, причем она никогда не приедалась. Весьма странно – по сути, она почти всегда играет саму себя – ну, какую-то часть себя уж точно, и играет много, как было выше сказано, и все равно – не надоедает. Секрет, подобного которому нет, видимо, и в мировом кино (ну, может, еще Габен им обладал, других не припоминается) – Соколова как неотъемлемый фон нашей жизни, что-то близкое и родное, то, чего ждешь и каждой встрече радуешься. Это, между прочим, не преувеличение, а свойство ее редкостной органики, большого таланта естественности.

Никакой громогласности, внешних атрибутов, патетики, повышенного тона – ничего. А вот поди ж ты: именно она запоминается, а потом еще долго помнится, практически всю жизнь.

Судьба у нее была не из легких – перед войной приехала учиться в Ленинград, где потеряла всех своих близких в Блокаду, сама еле спаслась, покинув город по Дороге жизни. Вернувшись в Иваново, долгое время лечилась от дистрофии и голодной апатии, а затем все же уехала в Москву, поступила во ВГИК.

Позже потеряла сына, муж, Георгий Данелия, ушел от нее за год до гибели Коли.

Любопытно, что в ее персонажах не чувствуется надлома - во всех этих устойчивых простых тетках, вроде жены Травкина в комедии «Тридцать три» или судьи из «Берегись автомобиля», в «Истории Аси Клячиной», в «Белорусском вокзале».

В иных ее ролях чувствуется не то чтобы масштаб (кто его знает, каков он был, если бы ей дали развернуться), а ирония, сатира, гротеск: Соколова была еще и комической актрисой.

Вообще удивительный, странный феномен, из разряда казусов: астрономическая фильмография при почти неиспользованном потенциале.

Видимо, судьба…  

фото: Архив фотобанка/FOTODOM

Похожие публикации

  • Андрей Миронов: трагический комик
    Андрей Миронов: трагический комик
    Андрей Миронов умер совсем молодым, в 46: символично, что пришел он в этот мир прямо, можно сказать, на сцене (Марию Миронову увезли в роддом со спектакля) и ушел - тоже, во время гастролей в Риге. Как Мольер
  • Юрий Богатырёв: Тайный дневник
    Юрий Богатырёв: Тайный дневник
    Юрий Богатырев, которого больше знают как замечательного актера, был еще и прекрасным художником. У него была одна интересная привычка: он вел подробные дневники, записывая в тетрадь всё, что с ним происходило за день: то есть писал почти каждый день.
  • Ave Майя!...
    Ave Майя!...
    Майя Плисецкая смогла вылепить из себя образ настолько волшебный, гармоничный, воздушный, что, глядя на нее, забываешь, что балет – тяжелейший труд. Кажется, что и в жизни Плисецкой не приходилось продираться не через какие тернии. Как ей удалось создать эту иллюзию?