Радио "Стори FM"
Ганна Слуцки: Части жизни (10 часть)

Ганна Слуцки: Части жизни (10 часть)

Криминальный роман

Не запоминаю ни дней недели, ни чисел. Вообще.

А вот 3 февраля очень давнего года помню. Помню, что была пятница. Мне было 15 лет, моему другу 16. Школа, в которой мы с ним учились, бурно обсуждала нашу дружбу. Особенно нервничали учителя (вернее, учительницы, мужчины тогда в школы почти не шли).

В учительскую стекались все новости нашего преступного романа. Роман и правда был опасный: мы писали друг другу письма на уроках, вместе шли из школы домой, ходили в кинотеатр «Темп», а вечером гуляли по аллее от Динамо до Сокола. И ни разу не поцеловались (пробовали, но не очень знали, как это делать правильно), никогда не ходили обнявшись. В те годы даже рука мальчика на плече девочки была недопустима.

В конце концов мою маму и маму моего мальчика вызвали на педсовет. Моя мама всех грубо послала. Мама моего друга рыдала и клялась, что мы больше не будем встречаться. Хотя трудно не встречаться, когда живешь в одном дворе и учишься в одном классе.

Мой друг был замечательным. С редким чувством юмора, прочел все изданные в СССР книги, кроме томов Ленина и Медицинской энциклопедии. И еще он был очень красив (или мне так казалось). У него была вытертая кожаная куртка, которую он выменял у студента-румына на банку икры (похищенную дома из холодильника). Как же он умел носить свою куртку! Как он умел небрежно ее бросать на школьную вешалку. Войдя в школу, я первым делом высматривала на вешалке его куртку - если она была, то в этот данный день стоило жить.

А если не было, я разворачивалась и шла на улицу искать друга. И всегда находила на аллее, на пятой скамейке от метро Динамо. В то третье февраля, в ту пятницу, на той пятой скамейке мы договорились никогда не разлучаться. Мы посчитали, сколько месяцев мне осталось до 18 лет, когда мы сможем шлепнуть печать в паспорта и больше не скрываться…

Так вот, к чему старушку потянуло на такие банальные воспоминания? А к тому, что четвертого февраля моего друга забрали менты, и вскоре он оказался в колонии. У гостиницы Пекин он купил двадцать долларов, потом поменял их на чеки (тогда были чеки, если кто из молодых не знает, меняли один к трем) и хотел купить в валютном магазине духи. В магазине его и взяли, но ему удалось убежать. Не помогло…

Я писала ему письма в колонию. Друг мне не отвечал. Там же в колонии он получил еще один срок.

А через пять лет домой вернулся уже не он...

Мы иногда встречались во дворе, даже немного разговаривали. Я спросила, кому он покупал духи на двадцать долларов. Он не смог вспомнить. И мне легче думать, что он те проклятые духи покупал своей маме...

 

Торонто

Вчера весь день ходила в хиджабе. Утром просидела в салоне и довела волосы до нужной красоты. Вечером была назначена встреча с агентом, и надо было выглядеть не на свои 96 лет, а, например, на 80 - хорошо сохранившимся сценаристом, способным написать еще что-нибудь кроме завещания.

После салона я вышла на улицу, и тут на мою волшебную прическу обрушился ледяной дождь. Ни зонта, ни капюшона, ни времени вернуться домой за всем этим. Зашла в первый по пути магазин и, порывшись в шарфах, выбрала черный, как мне показалась, очень удобный, с длинными полосками. Продавщица, которая помогла мне его завязать, была точно в таком же.

То, что это хиджаб, я узнала позже. Итак, под свитером крест, в сумке израильский паспорт, на башке хиджаб, который я посчитала защитой от непогоды.

Вообще за прошедший день я была у корейца на массаже, у врача-француза, брала рецепты у жулика-китайца, который испортил в доме интернет, у в завершение – у женщины неясной национальности, которая передала посылку от сестры из Нью-Йорка.

А перед встречей с агентом я зашла выпить кофе с приятельницей из Москвы, которая, посмотрев на меня, спросила: «Ты охренела?» От нее я узнала, что уже много часов нарушаю все мыслимые национальные религиозные устои. Правда, никто до нее на это не обратил ни малейшего внимания.

И вот я сижу и думаю, какой же люди невероятной чушью озабочены... Ничего личного, все совпадения случайны, животные не пострадали.

фото: Depositphotos.com/FOTODOM

Похожие публикации

  • Ганна Слуцки: Части жизни (9 часть)
    Ганна Слуцки: Части жизни (9 часть)
    Пионэры, давно это было... Училась я тогда, дети, во ВГИКе и мне позарез нужны были деньги (годы летят, мои годы, как птицы, летят... а бабки всё еще нужны)
  • Ганна Слуцки: Части жизни (8 часть)
    Ганна Слуцки: Части жизни (8 часть)
    Вспомнила я мою тетю Жиру, давно почившую, в 99 лет, в городе Париже. По неясным (и даже подозрительным) причинам ее одну из всей моей обширной родни за бугром впускали в СССР
  • Ганна Слуцки: Части жизни (7 часть)
    Ганна Слуцки: Части жизни (7 часть)
    В советские времена вопить на съемочной площадке было высшим шиком и проявлением творческого куража. Я отрабатывала практику на съемках очередного фуфла про завод