Радио "Стори FM"
Евгения Лещинская: Неизвестный рассказ Довлатова

Евгения Лещинская: Неизвестный рассказ Довлатова

Когда-то Сергей Довлатов работал в ленинградском журнале «Костер». И опубликовал там свой рассказ «Двести франков с процентами», который впоследствии не вошел ни в один из его сборников. И зря, по-моему. Хоть и предназначался он для детской аудитории, не было в нем ни скучной назидательности, ни занудства, ни менторства. Дети не хуже нас с вами (а может и лучше) чувствуют живое слово, иронию и теплоту…

 

Двести франков с процентами

На окраине Парижа в самом конце грязноватой улицы Матюрен-Сен-Жак есть унылый пятиэтажный дом. Под чердаком его снимал мансарду высокий кудрявый юноша с азиатскими глазами.

Утром он с потертым бюваром торопился в канцелярию герцога Орлеанского, где служил младшим делопроизводителем. Локти его тесного сюртука и колени панталон блестели. Юноша замазывал предательски лоснящиеся места чернилами. Чернил в канцелярии герцога Орлеанского хватало с избытком. Питался он скверно, луком и разбавленным вином (во Франции плохое вино дешевле керосина). Юноша ненавидел лук и был равнодушен к вину.
Напротив его дома был маленький трактир. Над дверью висела сосновая шишка из меди размером с хорошую тыкву. Заведение так и называлось – «Сосновая шишка». Иногда после работы юноша заходил сюда и долго вдыхал аромат жареной картошки. Потом небрежно говорил хозяину:
- Заверните-ка…
- Но вы и так должны мне сорок франков! – негодовал папаша Жирардо.
- Вот погодите немного, - заверял его юноша, - скоро я разбогатею и щедро вам отплачу.
В результате он уносил к себе в мансарду немного жареной картошки. Его долг папаше Жирардо все увеличивался.
И вот, в один прекрасный день высокий кудрявый юноша с азиатскими глазами исчез. Его комнатушку под чердаком занял другой молодой человек в таких же лоснящихся холщовых панталонах.

Шли годы. Трактир «Сосновая шишка» приходил в упадок. В бедном студенческом квартале трактирщику с добрым сердцем разбогатеть нелегко. Наконец папаша Жирардо заколотил ставни. Теперь он промышлял с маленьким лотком в аристократическом квартале Сен-Жермен. Может быть, кто-нибудь из богачей, утомленных трюфелями и шампанским, захочет отведать жареной картошки?

Как-то раз возле него остановился фиакр, запряженный парой гнедых лошадей. Сначала высунулась нога в козловом башмаке с серебряной пряжкой. Затем появился весь господин целиком. Вишневого цвета фрак, белоснежное жабо, и над всем этим – курчавые седеющие волосы и молодые азиатские глаза. Святая Мария! Папаша Жирардо узнал бедного юношу из мансарды. И тот узнал своего кредитора, обнял его и прижал к широкой груди, стараясь не помять жабо.
- Я, кажется, что-то задолжал тебе? – спросил нарядный господин.
- Ровно двести франков, - ответил торговец, - деньги сейчас были бы очень кстати!
- Денег у меня при себе нет, - заявил господин, - нашему брату не очень-то много платят. Но я щедро расплачусь с тобой, дружище. Я расплачусь с тобой… бессмертием!
И, хлопнув изумленного торговца по плечу, он исчез в роскошном подъезде, возле которого дежурил угрюмый привратник в ливрее с золотыми галунами.
Прошло три месяца. Папаша Жирардо возвращался домой. Сегодня ему не удалось продать ни единой картофелины. Видно, трюфели и шампанское не так уж быстро надоедают аристократам. Он свернул за угол и обмер. Десятки шикарных экипажей запрудили улицу Матюрен-Сен-Жак. Возле заколоченных ставен его кабачка толпился народ. Нарядные господа в блестящих цилиндрах колотили в запертые двери лакированными штиблетами, восклицая:
- Открывай скорее, наш добрый Жирардо! Мы проголодались!
- В чем дело? – произнес торговец. – Чему я обязан?!
Какой-то щеголь с удивлением посмотрел на него.
- А ты не знаешь, старик? Да ведь это «Сосновая шишка»! Самый модный кабачок Франции!
- Вы смеетесь надо мной! – взмолился бедняга Жирардо.
Щеголь достал из кармана томик в яркой обложке.
- Читать умеешь?
Папаша Жирардо кивнул.
Щеголь раскрыл книжку.
- «Жизнь теперь представляется в розовом свете!..» - воскликнул герцог. Затем он и его друзья направились в кабачок «Сосновая шишка» на улице Матюрен-Сен-Жак, где достопочтенный мэтр Жирардо чудесно накормил их…»
- Назовите мне имя сочинителя! – вскричал потрясенный торговец.
И услышал в ответ:
- Александр Дюма!

фото: Depositphotos.com/FOTODOM

Похожие публикации

  • Евгения Лещинская: Памяти юнкеров
    Евгения Лещинская: Памяти юнкеров
    Очерк моего папы, Бориса Розенфельда, был опубликован когда-то в журнале "Терра Нова". Нет уже журнала, папы тоже нет. А воспоминания остались
  • Евгения Лещинская: Из России с любовью
    Евгения Лещинская: Из России с любовью
    Евгения Лещинская – коренная москвичка с Патриарших, теперь живет в Сан-Франциско: там, на блошиных рынках и развалах, Женя находит поразительные вещи. 
  • Мирей Матье: «Главное – не принести разочарований людям»
    Мирей Матье: «Главное – не принести разочарований людям»
    Мирей Матье для русских людей олицетворение всего французского – как Эйфелева башня и Триумфальная арка. Певица почти не изменилась, все та же прическа «сессун». В Советском Союзе девушки, приходя в парикмахерские, просили: «Подстригите меня под «мирейматье»