Радио "Стори FM"
Navka.jpg

ara.png honor 2.jpg

Икона бедняжки

Икона бедняжки

У зрительной памяти есть любопытный эффект – настройку нашей встроенной оптики сложно перевести назад. Если что-то потрясло воображение или направило наш взгляд неожиданным образом, будь то последний фрагмент головоломки или величественный собор, мы живём с этим новым видением, будто оно было у нас всегда. 

Примером такой впечатляющей фокусировки является Мэрилин Монро. С её изображениями знакома большая часть населения Земли. И примерно такая же часть без раздумий скажет, что эти великолепные «песочные часы» являются архетипом женской фигуры. Что многое говорит о воздействии актрисы на умы, но далеко от жизненной правды.

В реальности этот тип фигуры, который ассоциируется со словом «женщины», встречается лишь у 7–8 процентов из них. У подавляющего большинства формы грушевидные, что отказывается замечать перенастроенный взгляд, но всегда сообщает зеркало. 

Это досадное несовпадение пропорций не мешает миллионам одеваться «как Мэрилин», редко уточняя, какую именно Монро они имеют в виду. У актрисы было несколько образов, между которыми она переключалась с редкой лёгкостью. А перед мысленным взором всё равно предстаёт одна магическая сексуальность-во-плоти, и никакая жизненная правда изменить это не в силах.

«Я согласна жить в мире, которым правят мужчины, до тех пор, пока могу быть в этом мире женщиной» 

Мэрилин Монро

Легенда Монро до такой степени важнее правды о ней, что даже о её настоящей фигуре теперь часто спорят. Хотя возможность рассмотреть её во всех подробностях есть у каждого. Часто слышишь, что в наши дни ей приписали бы лишний вес, а то и вовсе бы перевели в «размер-плюс».

Параметры актрисы почти не менялись всю её карьеру: при росте 166–167 сантиметорв она неизменно весила 54–55 килограммов. Только к концу 50-х был период, когда она могла быстро набирать и скидывать три-четыре кило. Один такой момент мы наблюдаем в фильме «В джазе только девушки» –

Монро ненавидела свою фигуру в этом фильме и называла себя «жирной коровой», но её появление в дорожном костюме на платформе остаётся одним из самых завораживающих зрелищ в истории кино.

Немалой частью этого сокрушительного впечатления Мэрилин обязана очень выигрышным пропорциям. Большинство исследований показывают, что привлекательными кажутся не определённые размеры, а контраст между объёмами талии, бёдер и груди. 

na dereve.jpg

Талия у нее была 54 сантиметра в окружности, прекрасный результат, а в сочетании с грудью в 87 и бедрами 85 сантиметров создавалось именно это знакомое нам по фильмам головокружительное впечатление. 

Монро им дорожила и неизменно носила на публике очень обтягивающую одежду, в противовес моде на расширяющие от талии юбки с подъюбниками. В некоторые платья её приходилось буквально «вшивать» при каждом выходе.

Это осознанное отношение к силуэтам вовсе не характерно для 50-х. Женщинам тогда каждый сезон давали очень категоричные предписания касательно того, как им следует выглядеть. Если нужного силуэта не было, его формировали искусственно, а если актуальные фасоны или макияж не подходили, серьёзного внимания на это не обращали. Важнее было соответствовать и подтверждать свой статус знакомством с горячими новинками. 

«Я никогда не ношу корсета и как можно реже надеваю бюстгальтер. Красота тела - естественный дар, его нельзя разрушать и презирать» 

Мэрилин Монро

Для звёзд положение осложнялось ещё и тем, что тогда не было принято подготавливать каждый их выход целой профессиональной командой. Студии помогали, но вся ответственность лежала на артисте. Монро было легче многих, поскольку она до тонкости знала, чего она ждёт от одежды и какие предложения моды готова принять.

Одно из самых известных её интервью о стиле датируется 53-м годом, переломным в её карьере. Называется оно «Я одеваюсь для мужчин», и это удивительно трезвый и современный взгляд на манеру одеваться. 

«Я считаю, что одежда должна хорошо смотреться благодаря телу, но никак не втискивать тело в рамки того, что считается модным на этот момент. Поэтому мне не интересны «неорганичные» наряды, которые не имеют связи с телом. Одежда, как мне кажется, должна находиться в диалоге с телом, а не пребывать отдельно от него». Это в точности та позиция, к которой пришла мода через полвека, только занявшие эту позицию потребители знали куда хуже Мэрилин, с какими именно особенностями фигуры будет вести разговор их одежда.

Необычный в 50-е годы отказ от использования формообразующего белья, корсетов и подкладок восполнялся созданием естественного корсета, мышечного. Монро одной из первых в Голливуде начала тренировки с отягощением и относилась к ним с полной серьёзностью. 

Вы заметили, что в цитате абзацем выше слово «тело» повторяется четырежды в трёх предложениях? Это осознание тела как важного инструмента самовыражения выделяет Монро среди кинозвёзд той эпохи. Скажем, Дитрих всю карьеру занималась созданием иллюзии вокруг своего тела, чего никогда не делала Мэрилин. Нужно отметить, что термин «новое осознание тела» появился в моде только в начале 90-х. Очень современное было отношение к стилю у актрисы.

Этот важный инструмент она настраивала сама. Её партнёрши по фильму «Как выйти замуж за миллионера» Лорен Бэколл и Бетти Грейбл могли пойти на компромисс и по требованию студии появились в кадре в широких юбках, преобладающем фасоне того времени, но Монро была непреклонна. Изгибы её фигуры наилучшим образом преподносили платья-колонны и «русалочьи хвосты», в них она и появлялась, когда людям должна предстать Она.

Трен или бант на бедре, открытая спина, почти никаких рукавов, американская пройма, ткани, работающие «второй кожей», отработанный макияж и специальная походка со сцепленными коленями – когда так много знаешь про эффекты своей внешности, помощь моды не нужна. А если кажется, что платье недостаточно демонстрирует ноги, всегда найдётся способ их показать, как мы видим в знаменитой сцене с вентиляционной решёткой в фильме «Семь лет желания».

Не стоит воображать Мэрилин бунтующим духом сексуальности среди последнего чопорного десятилетия, будто Мадонну в начале 90-х. Она очень хотела серьёзного к себе отношения и прекрасно умела балансировать на тонкой грани скандального. 

za chirmoy.jpg

Самые смелые декольте сопровождались меховыми накидками и перчатками выше локтя. Никаких заметных драгоценностей. Чуть растрёпанные локоны, будто бы рукою уложенные, она носила за десятилетия до популярности естественных укладок, в приятном контрасте с каменными причёсками того времени.

Да и приталенные жакеты, которые мы сейчас называем lady like, выглядели на ней отлично. В манере держаться были трогательные ноты воспитанной соседской девушки. Именно этот коктейль чувственности и сдержанности принято называть теперь «классической женственностью».

По сути, образ актрисы был апофеозом стиля пин-ап, плакатов 40-х годов с милыми девушками, которые дразнят воображение формами, но ничем не напоминают порно. Стремление к появлению на публике в виде типажа, а не личности означало, что любые авторские, дизайнерские решения только мешают. 

Сейчас в книгах о Мэрилин часто приходится видеть список модельеров, от Кассини до Ланвен и Диора, с которыми она работала. На поверку оказывается, что все легендарные наряды для неё создавали мастера «голливудской моды» и лучшие студийные художники по костюмам – Уильям Травилла, Жан Луи, Орри-Келли. 

Они точно знали, как преподносить главное и что лучше всего работает самое очевидное. Художественные образы, вроде работ Живанши с Одри Хепбёрн, тут были просто не нужны.

Склонность к очевидному отлично помогает создавать внятные образы. Любой высококлассный стилист скажет, что, если можно сделать просто, не стоит искать обходные пути. Эта же очевидность приёмов не даёт модным критикам всерьёз относиться к публичному имиджу Монро, особенно при взгляде на её наряды начала карьеры. 

s sobakoy.jpg

Однако в частной жизни вкусы актрисы были очень передовыми. Её свадебные наряды представляют собой чудо лаконичности (в двух случаях – коричневая юбка-карандаш). В середине 50-х она выглядела как лучшие модели Кельвина Кляйна за десятилетия до Кляйна:  капри, сорочки, простые лодочки Феррагамо с открытым мысом, кардиганы – нормкор 50-х. Почти минималистичные наряды Нормана Норрелла. К концу десятилетия их сменили шёлковые свитера и трикотажные платья Эмилио Пуччи, кроем ненамного сложнее футболки. В одном из них Монро была похоронена.

В эти же годы актриса появляется в облегающих платьях телесного цвета, расшитых по сетке однотонными хрустальными бусинами. В одном таком, от Жана Луи, она будет поздравлять Кеннеди, а позже эту идею долгие годы будет использовать Дитрих в сценических костюмах.

Такое раздвоение вполне понятно, если вспомнить, что популярной стала не сама Норма Джин, а результат очень несложной корректировки её образа. Имидж глупой блондинки из музыкальных комедий, хоть и был доведён до совершенства (и прекрасно работает до сих пор), не был для Монро органичным. 

Эта отстранённость чувствуется публикой. Показательно, что единственный модный тренд, который был запущен Монро, представляет собой пересечение этих двух образов: очень сдержанное чёрное платье-чехол с полупрозрачной вставкой в районе талии копировалось в 57-м году тысячами.

Разделение частной и публичной жизни, которая в те годы ещё была возможна, в точности совпадает с традициями золотой эры Голливуда. В 20-х и 30-х образы кинозвёзд были отделены от публики хрустальной стеной, манили недоступностью. 

Мало кому приходило в голову использовать их как образец для покупок. Это ощущение «идеального продукта» позволило создать одно из самых узнаваемых произведений поп-арта, серию портретов Мэрилин работы Энди Уорхола. Это копии копий, узнаваемые за километр в любом цвете по основным деталям, символ звезды как предмета потребления. Они дают чёткое представление о происхождении понятия «икона стиля», которое теперь затёрто до лохмотьев. Как в любой иконографии, соблюдение канона гораздо важнее связи с реальным прототипом. 

Именно таким набором типичных черт и вспоминается теперь Монро, бедняжка с иконы.

Автор: Андрей Аболенкин

фото: GETTY IMAGES RUSSIA

Похожие публикации

  • Прости меня, моя любовь
    Прости меня, моя любовь
    Мэрилин Монро была в жизни сиротой, соблазнительницей, немного русалкой, отчасти жертвой, но почему о ней можно говорить и писать бесконечно? Эдгар Аллан По утверждал, что в искусстве нет более сильного сюжета, чем смерть молодой прекрасной женщины. И Мэрилин Монро эту классическую роль сыграла
  • Русская Золушка
    Русская Золушка

    Препаратор медийных пузырей, заядлый провокатор и защитник масс-культа Александр Шабуров наконец-то разобрался с архетипом русской Золушки. Перед вами – сценарий сериала по мотивам жизни прославленной фотомодели Натальи Водяновой

  • Алхимический брак
    Алхимический брак
    29 июня 1955 года состоялось самое, может быть, символичное бракосочетание прошлого столетия – великая кинодива Мэрилин Монро вышла замуж за «совесть нации» драматурга Артура Миллера. История взаимоотношений Миллера и Монро – это контрапункт, в котором сходятся основные мотивы американской истории той эпохи.