Радио "Стори FM"
Navka.jpg

ara.png honor 2.jpg

Робину Уильямсу устроили бенефис

Робину Уильямсу устроили бенефис

2009 год. Я приехал в город Тампу во Флориде: были намечены мои выступления. Стендап – моя любовь, потому что только на сцене можно выдать шуточки, которые не расскажешь нигде, даже дома и уж тем более на улице. И вот тут моё сердце повело себя совершенно неучтиво: казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди и отправится гулять по улице Франклина.

Я спросил: «У тебя ко мне претензии?» – «Слишком много всего, – ответило оно, – женщин, разводов, банковских счетов, которые ты не смог оплатить. Слишком много всего, мой друг...» И я вынужден был согласиться: «Чёрт побери, а ведь правда». Ночные бары Нью-Йорка, литры веселящей жидкости... Славное было время. 

Женщины – это отдельное безобразие. Валерия – первая моя катастрофа. Мы познакомились в 76-м в баре «Городской зоопарк», где оба работали. Я прикинулся французом, а она делала вид, что верит мне. Мы хорошо провели время. Самый дорогой её подарок мне – сын Закария. Потом была Марша, женщина-огонь, наши дети – Коди и Зельда – такие же, как она. Выбора у меня не было: или умереть от их забав, или сбежать в ближайший бар. Последнее я делал довольно часто. В итоге Марша отвезла меня в заведение, как корректно у нас выражаются, в специализированную клинику, где лечат опьянённых жизнью. 

Я не сопротивлялся, сопротивляться женщинам нельзя, костей не соберёшь. Но ощущение было, точно меня прополоскали в стиральной машине. В конце концов я сказал себе: ничего, старик, жизнь щекочет тебя, а ты смейся.

Но тогда, в 2009-м, в Тампе было уже не до смеха: доктора объявили, что у них есть работёнка на мой счёт. Тут тоже сопротивляться было бесполезно. Через какое-то время мне вкололи наркоз в вену и уложили под ослепительные софиты. Это был мой бенефис. Ангелы в белых халатах смотрели на мою шутовскую рожу и копались во мне серебряными штучками. Мне заменили сердечный клапан. С тех пор мы с моим сердцем начали новую жизнь. 

Многие друзья уже ушли в мир иной, дети выросли, боюсь, что лучшие мои фильмы – в прошлом. Но я держусь. Как старый дедушкин комод, ещё стою на почётном месте в доме. Моё сердце теперь постоянно контролирует меня, говорит: «Не бегай, как сумасшедший, не гоняй на велосипеде, не жри так много, я у тебя одно...» А что я? Когда вам стукнет столько же, сколько и мне, а мне уже седьмой десяток пошёл, вы меня поймёте. Сердце право. И я его слушаюсь!

фото: EAST NEWS RUSSIA; LEGION-MEDIA