Радио "Стори FM"
Navka.jpg

ara.png honor 2.jpg

Легкое дыхание

Легкое дыхание

Раз в месяц мы ходили в кино, или чаще, как получится, обязательно в кинотеатр «Пионер», только туда. Там не хрустят попкорном, и все фильмы идут на языке оригинала. Это было важно. Вера придумала название нашему клубу – «пионерки». Мужчин принимала в него только в том случае, если они соглашались признать себя «пионерками».  Встречи назначались ею, мы подстраивались. Все понимали, что Вера снимает, или монтирует, или даёт интервью, или едет на фестиваль, или дома надо чем-то помочь девочкам… Мы уважали её занятость. Она всех тормошила: заставляла закончить книгу, снять ещё кино, дописать статью, пойти на лекцию обожаемого ею Быкова, купить новые туфли, поменять причёску… Она придавала драйв нашим посиделкам, меняла наши планы, а иногда – и жизни. И никогда ни на что не жаловалась. Она вообще предпочитала молчать о себе.

 …Тем летом, когда состоялся этот разговор, Вера Глаголева закончила свой новый фильм. «Две женщины» по пьесе Тургенева «Месяц в деревне» были показаны на закрытии фестиваля в Выборге. Те, кто был на фестивале, рассказывали потом, что Верин фильм выбивался из общей картины. Он был абсолютно несовременным. И одновременно –  исключительно нужным, именно здесь и сейчас.  Как глоток кислорода в пространстве, наполненном ароматами дорогих парфюмов. Чистый, глубокий, воздушный, щемящий… О романтической любви, почти исчезнyвшей сегодня с киноэкранов. Потом этот фильм объехал все большие и маленькие фестивали, получил всевозможные призы и награды. Только вот в родной стране он так по-настоящему, мне кажется, и не вышел в широкий прокат.

Вера: – Жизнь скучна и бессмысленна, если она не наполнена любовью. Любовь – это то, ради чего стоит жить. Это простые вещи, и для меня самой они очевидны. Было очень важно донести их до зрителя. Но, когда ты переполнен сам каким-то состоянием, его бывает очень трудно передать другим, да ещё языком кино… А без этого, к сожалению, вообще ничего не получится. Или получится кино «от головы». Мы очень быстро определились с женскими ролями, но главная мужская оставалась вакантной.  Я думала о Рэйфе Файнсе, но понимала, что это просто мои фантазии.  

Помню, мы с продюсером Натальей Ивановой, распределяя роли, рядом с фамилией Ракитин написали: «Рэйф Файнс. Мечта». Этот блокнотик сохранился. У нас в тот момент ещё не было даже финансирования. Никаких контактов с Файнсом, и обо мне он, естественно, не имел никакого представления. Одна голая идея. Мы Файнса просто придумали. И стали мечтать! А потом узнали, что он приглашён на фестиваль в Иваново. Мы поехали туда. И встретились. Оказалось, он с детства любит и хорошо знает русскую культуру, в лондонской постановке «Месяца в деревне» его родной брат играл вместе с Хелен Миррен. Но у него совсем нет времени. Готовы ли мы его ждать? Естественно, мы были готовы на всё. Это было настоящее чудо!

Окончательное согласие, однако, актёр, сыгравший в таких мировых шедеврах, как «Английский пациент» и «Список Шиндлера», в замечательной картине «Отель «Гранд Будапешт», дал только после того, как посмотрел мои фильмы, в частности «Одна война». Эта картина получила награды и премии на фестивалях, но Рэйф Файнс хотел убедиться сам. Убедился. Подписал контракт и приехал в Россию на четыре месяца. Два из них он учил русский язык, а два снимался в деревне под Смоленском.

И до приезда в Москву Рэйф изучал русский язык. Наш сценарий он прочитал по-русски и, кстати, не сделал ни одного замечания. Но у него была задача научиться говорить совсем без акцента. Два месяца мы ходили в разные музеи, театры, ездили в усадьбы и маленькие русские города. Репетировали. Рэйф – человек невероятно образованный, начитанный, глубокий. Во время съёмок он не расставался с толстым томом биографии Тургенева. Не я ему, а он мне посоветовал почитать «Фауста» Тургенева, и это было для меня настоящее открытие. Потом я узнала, что он всегда возит с собой сумку книг и всё время читает.

Рэйф – высочайший профессионал!  Он ни разу не допустил, чтобы какие-то сцены снимались без него, даже если у него не было реплик и его участие было нужно только для того, чтобы партнёр на площадке видел его глаза. Не все наши артисты на это обращают внимание. Быстрей бы отсняться! В нём одновременно уживаются   скромность, непритязательность и высочайшее чувство собственного достоинства. Он никогда не требовал от нас каких-то особенных блюд, больше всего ему нравилась гречка – он её готовил сам. Угощал нас.  Ещё мы играли в шахматы, читали стихи... Рэйф был всегда непринуждённым, естественным. 

В имении Глинки в Новоспасском, где мы снимали, он прекрасно общался с работниками музея, с деревенскими бабушками. Он всегда был готов помочь актёрам, никогда не проявлял высокомерия. Он – Рэйф Файнс! И фильм получился во многом благодаря не только его профессиональным качествам, но и человеческим. В кадре всегда видна личность. Как, кстати, всегда видна и пустота.

Автор: Лариса Максимова

Прочитать материал полностью можно в номере Октябрь 2017

фото: ВАЛЕРИЙ ПЛОТНИКОВ/ЛИЧНЫЙ АРХИВ А.НАХАПЕТОВОЙ

Похожие публикации

  • Герман & Кармалита
    Герман & Кармалита
    Они прожили вместе сорок четыре года. Она не могла писать без него. Он без неё не мог снимать. Однажды журналисты назвали жену режиссёра «вторым планом Германа». Он возмутился: «Какая чушь! Светка – ровно половина первого плана Германа. И второго тоже. В общем, мы «одна форма». Да и содержание тоже». Этой уникальной «одной формы» больше нет, потому что больше нет Алексея Германа. А вот содержание есть и никуда не денется до тех пор, пока жива Кармалита
  • Брюнет с дулом во рту и пальцем на курке
    Брюнет с дулом во рту и пальцем на курке

    Как Роберт Дауни-младший был меньше нуля, а стал Железным человеком

  • Белая птица кавказского пленника
    Белая птица кавказского пленника
    Лидия Вертинская была актрисой и художницей. И всё же главное её «произведение» – это клан Вертинских. Она была женой Александра Вертинского, мамой актрис Анастасии и Марианны. Пережив мужа на 56 лет, почти шесть долгих десятилетий она делала всё, чтобы сохранить эффект его присутствия рядом. А говорят, вечной любви не бывает...