Радио "Стори FM"
Козерог: Борец с саламандрами

Козерог: Борец с саламандрами

Подавляющее большинство родившихся под знаком Козерога жизнелюбивы настолько, что способны согревать всё живое в радиусе нескольких метров. Но если надо, то  Козерог незамедлительно бросается в бой. Одним из таких бойцов был Карел Чапек, чешский драматург, романист, гуманист и убеждённый антифашист.

ДОСЬЕ


Родился 9 января 1890 года в маленьком курортном чешском городке Мале-Сватонёвице. Ещё в детстве присаживался за письменный стол и пробовал внятно излагать мысли или рифмовать строчки, а в 14 лет уже печатался в местной газете. Вместе со старшим братом Йозефом писал рассказы, активно участвовал в студенческих альманахах, работал журналистом и редактором в газетах. С 26 лет стал заниматься литературой, и вскоре его пьесы «Средство Макропулоса» и «R.U.R.», романы «Обыкновенная жизнь», «Война с саламандрами», «Кракатит» и множество рассказов, путевых заметок, фельетонов и сказок стали известны во всём мире. В 1936 году был номинирован на Нобелевскую премию по литературе, избран членом комитета Лиги Наций по литературе и искусству и стал одним из самых известных писателей-фантастов. Умер 25 декабря 1938 года.

 

Карьера

Все вокруг готовы подтолкнуть Козерога, но тот сам выбирает путь, по которому будет идти всю жизнь. Карел в детстве прилип к отцу, который врачевал всю округу, и мотался вслед за ним по чахнущим и хиреющим. Папенька радовался, что есть преемник и есть кому оставить практику, а Иченек, как называли его домашние, между тем не столько интересовался медициной, сколько наблюдал за людьми, мучил отца вопросами обо всём на свете и читал запоем. Пока не перечитал всё, что собрали и выписали родители.

Так уж получилось, что оба брата Чапеки, Йозеф и Карел, дочитались и досмеялись до того, что собрали воедино все свои остроумные идеи и написали книгу. Работать вместе им понравилось, взгляды и вкусы совпадали, настроены оба были на одну волну и умели находить в тягомотине будней забавные штрихи. Карел блестяще окончил гимназию, а потом и университет, но преподавать не захотел – в журналах печатались его стихи и статьи, всё чаще жгло желание поведать людям о многом и мечты рисовали писательское будущее. 

В газету его взяли с руками и ногами, даже согласившись на условие, что работать он будет только с братом. Младший Чапек легко писал злободневные и остроумные заметки и фельетоны, а старший, в скором будущем известный чешский художник, приносил статьи об искусстве и рисунки. Попутно братья писали два тома сказок для детей и публиковали рассказы.

Есть у Козерогов задумки, которые они воплощают пусть постепенно, но зато наверняка. У тридцатилетнего Карела Чапека такой задумкой стали пьесы. Они долго вынашивались, но рождались стремительно и без проволочек расхватывались театрами, как чешскими, так и зарубежными. Первая, «R.U.R.», куда он впервые ввёл слово «робот» и где царило «машинное царство», доставила ему много тягостных минут с мерещившимися чудовищами. Вторая, комедия «Средство Макропулоса», в которой много размышлявший о смерти Чапек, по его собственному признанию, задался вопросом: «В самом деле, почему оптимистично утверждать, что жить шестьдесят лет – плохо, а триста лет – хорошо?» И третья, «Из жизни насекомых». Её братья Чапеки опять написали вместе, ударив метким пером по алчности и тунеядству. «Экое мученье, самое сложное никогда не удаётся написать достаточно просто».

Карела приглашали читать лекции по всей Европе, принимали во всевозможные клубы, звали ужинать с королевскими особами, обедать с Голсуорси и Честертоном, переводили его книги на все европейские языки и носили на руках на родине, пока в Чехословакии не появилась фашистская партия и автор «Войны с саламандрами» не попал в опалу. Уж очень Верховный саламандр напоминал фюрера. 

«Это была ирония, страх перед агрессивностью оглуплённой толпы, перед захватническим инстинктом массы, разрушающей берега цивилизации; пророчество гибели, которой грозили миру новоявленные лозунги фашизма и сонное безразличие стражей старого порядка» 


Характер

Иногда без слёз на Козерога не взглянешь, но под их хрупкой скорлупой может скрываться такая твёрдая косточка, что зубы об неё обломать пара пустяков. «Присматривайте за Карелом, – говорила матушка старшим детям, – он хрупок и слаб, такие талантливые люди, случается, рано умирают». «Воскресное дитя», как называла матушка своего цеплявшегося за юбку младшенького, и «куриная гузка», как прозвали его брат с сестрой, хоть и ревело без устали, но в компанию старших стремилось. Поэтому прощало им насмешки по поводу кружевных штанишек, которые ему приходилось донашивать за сестрой, и брало на себя чужую вину за сломанный розовый куст, чтобы потом гордо продемонстрировать старшим попу со следами от отцовских розог. 

Идти против системы Карелу так понравилось, что в гимназии он вступил в анархический кружок, за что был отчислен, несмотря на блестящие успехи в учёбе. Гимназию младшенькому нашли другую, но бунтарские замашки так и не истребили. Повзрослев, братья Чапеки сроднились, одинаково оделись, засыпали шутками всю округу, устроили кучу розыгрышей и прослыли душой компании. Их сестра писала в своих воспоминаниях, что этих «двух молодых коней» швыряло из библиотеки в ресторан, из букинистического за написание рассказов эротического содержания. Папа предрекал сыновьям нищету и смерть под забором, знакомый доктор – постыдное заболевание, а двоица продолжала искрить остроумием и едва успевала выплёскивать его на бумагу.

Козероги смело смотрят в глаза жизненным невзгодам. Карел Чапек с юности страдал тяжёлым заболеванием позвоночника, но никто из окружающих ни разу не слышал, как он жаловался на болезнь. «Не любил показывать более слабым свою одарённость, здоровым – свою телесную хрупкость, вообще не любил, чтобы на него обращали внимание», – писала сестра. Он терпеть не мог толпу, больше ценил в людях порядочность и человечность, чем «иной громыхающий доспехами героизм» и был готов броситься на помощь любому нуждающемуся.

Его не призвали на военную службу, но он выбрал для себя свой способ борьбы с фашизмом, который уже наседал со всех сторон. Он уже несколько лет значился кандидатом на Нобелевскую премию, но «Война с саламандрами» показалась слишком яростной, поэтому с премией притормозили, а строптивого номинанта на родине начали травить. «Когда под угрозу ставится то, что ты уважал и ценил, надо защищать эти ценности с той же страстью, с какой ты прежде их любил. Несчастье человечества в нехватке фантазии; если бы каждый обладал хоть капелькой провидческого воображения!»

 

Личное

Козероги предпочитают, чтобы море страстей качало их на своих волнах, поэтому часто выбирают объекты притязаний, по которым надо долго и упорно страдать. Первой любовью знаменитого фантаста была девушка Марженка. Она взорвала подростковое сердце Чапека, но оказалась «слишком заурядной, легкомысленной и разболтанной». Кокетливую Марженку юный Чапек с усилием выдрал из кровоточащего сердца, тем более что она предпочла ему другого Чапека, постарше. Вниманием особ противоположного пола Карел обделён не был, сиднем на танцах не сидел и не смотрел на красавиц волком. Однако, маясь позвоночником, считал себя болезненным уродом, отвергал даже малейшую возможность обзавестись семьёй и потому держался от греха и от девушек подальше. Пока не встретил Ольгу Шайнпфлюгову, чешскую актрису, поэтессу и писательницу, женщину помладше Карела на двенадцать лет, экзальтированную, порывистую, страстную и способную на поступки. 

Чапек воспылал и через год после знакомства сделал Ольге предложение, но тут влез со своими предостережениями папа жениха, написавший папе невесты о шатком здоровье сына, чем спустил Карела с небес на землю. «Я не хочу, чтобы когда-нибудь вам пришлось возить меня в кресле, девочка». Целых полтора десятка лет они с Ольгой не смели сократить дистанцию, исписали гору бумаги, вымотали друг другу все нервы, измаялись страстью и измучились любовью, пока однажды не плюнули на все предостережения и не кинулись к алтарю. Брак удался, и жизнь превратилась в праздник. 

«Говорите мне что хотите, но полноценным мужчиной становишься только после женитьбы» 

 

Скромный и непривередливый Чапек, которого иностранные журналисты иногда принимали за садовника, возился с цветами, не придавал никакого значения внешнему лоску и деньгам, занимался росписью фарфора и фотографией, любил весь мир, и особенно свою Чехословакию, гордясь успехами каждого соотечественника, как своими собственными. Он умер от двустороннего воспаления лёгких, прожив всего сорок восемь лет, и смерть спасла его от гестаповских застенков. До конца оккупации Чехословакии имя писателя и драматурга было табуировано и на могилу к нему не пускали никого из тех, кто хотел помянуть Карела Чапека, человека и гражданина. 

«Человек ещё недостаточно совершенен и порядочен, чтобы иметь право жить на такой прекрасной планете, как Земля» 


Автор: Инна Садовская

фото: РГАКФД/VOSTOCK PHOTO

Yankovsky.jpg

redmond.gif


blum.png