Радио "Стори FM"
Navka.jpg

ara.png honor 2.jpg

Татьяна Устинова: Апполон и музы

Татьяна Устинова: Апполон и музы

Борис Петрович, то есть муза, − директор театра в Нижнем Новгороде, и, вообще говоря, моя муза Борис Петрович очень основательно подпортил мне работу, хотя муза прилетает, насколько я знаю, чтобы способствовать творчеству и полёту!..
В данном случае я сама отправилась к музе, то есть к Борису Петровичу. Не она ко мне прилетела на крыльях, а я к ней приехала на машине. Но я ещё тогда не знала, что еду к музе-то!..
Дело в том, что я придумала сюжет, и мне казалось, что прекрасно придумала! Действие происходит в театре. Всякие страшные события придумала я, всякие испытания для героев, взлёты и падения, страхи и любовь, ненависть и великодушие − в общем, от души придумала.
И театр я придумала, конечно! И в моих придумках это было такое достаточно унылое место, населённое истеричными, склочными, завистливыми людьми, которые строят друг другу всякие козни и только и мечтают − отбыть в столицу и там прославиться!
И тут − бац, муза! То есть Борис Петрович, настоящий директор настоящего театра!
Мы договорились встретиться, а приехали с опозданием, и нам сказали, что директора нету, он уехал в больницу, навещать кого-то из заболевших артистов. Всё же вечером он нас принял − куда ему было деваться?..
По-моему, его страшно веселили мои вопросы, я-то всё искала подтверждений своим придумкам, но и сам Борис Петрович, и театр решительно отказывались им соответствовать.
Нижегородский академический театр драмы − один из старейших в нашей стране, двести с лишним лет! Мне нравится, как в 1813 году писал князь Долгорукий: «Театр Нижегородский лучше многих таких же в России, и при недостатке забав всякого рода очень весело иметь случай съезжаться с людьми в это публичное место».
Нынешнее здание по российским меркам абсолютный новодел − построено в 1896 году, на открытии давали «Жизнь за царя», сам Шаляпин пел!..
Сегодня никакого придуманного мною унылого запустения и всеобщих устремлений «в Москву, в Москву!» не наблюдается.
Разумеется, там работают сумасшедшие, но не потому, что лишены ума, а потому, что энтузиасты, таланты, волшебники. Людей, более преданных профессии, будь то бутафоры, костюмеры или заведующая литературной частью, я давно не встречала. С ними интересно, как, наверное, было интересно с первым космонавтом Юрием Гагариным, они знают и умеют нечто такое, чего не знаем и не умеем мы, не способные или разучившиеся отрываться от земли. Там, в этом театре, по-моему, даже шофёры какие-то особенные.
Там играют классику, ставят и современные спектакли, хотя моя муза Борис Петрович сокрушается, что пьесы нынче пишут плохо и трудно, почти нечего ставить. Но находят, находят!..
В поделочном цехе, когда Борис Петрович привёл нас туда на экскурсию, как раз придумывали, как сделать так, чтобы у поролоновой собаки поворачивалась голова. Эта самая собака − часть реквизита, почти в человеческий рост − сидела в центре мастерской, голова лежала отдельно, и было тихо: все думали. Мы постояли и ушли, тоже тихо, чтобы не мешать. Я часто о ней думаю и представляю себе, как у неё на сцене поворачивается голова, наверняка ребята всё придумали!
Да в общем, суть не в собаке.
Суть в том, что есть люди, преданные своему делу и умеющие его делать − с удовольствием и почти с восторгом. Когда вдруг удаётся набрести на таких, жизнь сразу меняется, становится ярче, как будто с привычной картины стёрли многолетнюю пыль.
В романе мне пришлось всё переделывать. Засыпая, я теперь часто представляю себе здание на Большой Покровке, старые липы, фонари, нарядную публику, шум восторга или ужаса, то и дело пробегающий по зрительному залу. И ещё я придумываю, как перееду в Нижний Новгород и попрошусь на работу в театр драмы!.. Как вы думаете, Борис Петрович меня возьмёт?..

Похожие публикации